Для нее это было бы очень полезно — она стала бы чуть более грациозной, а не вечно топающей в этих ужасных конверсах. Ах, наверное, нужно купить тебе пару туфель, подходящих для вечеринки. Не надевать же твои школьные — они все испортят.
— Ой, мам, если у Марти будут новые туфли, то, значит, и мне тоже купят? Мне на самом деле нравятся на каблучках, на маленьких. У всех девочек в моем классе уже есть туфли на высоких каблуках. Только я одна хожу в детских, с плоской подошвой, — сказала Мелисса.
— И не думай, Мелисса. В твоем возрасте не носят туфли на высоких каблуках. Это очень плохо для растущего организма. И мы не можем позволить себе еще одну пару туфель. Я только что купила тебе эти глупые ботинки на меху, ты их так отчаянно просила.
— Это же зимние ботинки. И вообще, нечестно — почему это у Марти должны быть новые туфли, когда она их даже и не хочет, особенно если ты говоришь, что вы не в состоянии купить мне хоть какие-нибудь, — сказала Мелисса, швырнув на стол нож и вилку.
— Стоп, стоп, эй, вы, женщины! — сказал папа. — Давайте-ка просто получать удовольствие от рыбы с жареной картошкой и уберите все эти злючки-колючки. Джен, в чем дело? Марти не хочет идти на вечеринку, и было бы безумием заставлять ее. А еще, если ей не нужно это новое платье и новые туфли, так почему не потратить деньги на то, чтобы купить Мелиссе туфельки на каблуках — только на маленьких. Все так просто!
— Ой, пап, да! — радостно воскликнули мы с Мелиссой.
— Нет, все не так просто, — возразила мама и посмотрела на Мелиссу и на меня. — Простите, девочки. Но мне нужно, чтобы Марти пошла на вечеринку.
— Почему? Только потому, что ты не хочешь обидеть Аманду Иванс и ее несчастную дочку-толстуху? — спросил папа.
— Мне нужно, чтобы на этой вечеринке кто-то выглядел бы просто как картинка, — ответила мама. — Я изо всех сил старалась сделать платье для Элайши как можно лучше, но оно действительно не идет бедняжке. А если я быстро сошью платье для Марти, если немного приведу ее в порядок и мне все это удастся сохранить до вечеринки, то я смогу ею гордиться.
— А я не хочу! — возмутилась я.
— Мартина будет моей маленькой манекенщицей, разве вы не понимаете? И другие мамы должны захотеть, чтобы у их дочерей были такие же платья для вечеринок. Все это было бы очень хорошо для бизнеса.
— Но… Но у тебя на самом деле нет настоящего бизнеса, — сказал папа.
— Пока нет — но я хотела бы его иметь, — сказала мама. Она помолчала. — И это нам помогло бы.
Мама сказала это очень осторожно, но папа покраснел и показался мне таким несчастным. Ведь мама имела в виду, что он не зарабатывает никаких денег своим бизнесом. Он не был в этом виноват, он правда изо всех сил старался добиться успеха. Я просто не могла вынести, что он весь как-то поник.
