— Девочки, вы вместе приняли решение, так придерживайтесь его. Я не желаю больше слушать ваши бесконечные споры, особенно при папе. Вы видели, как он был расстроен.
— Ну, я не хочу его огорчать, но ведь это глупо, что у него внизу целая комната для агентства путешествий, хотя туда вообще никто не приходит, — сказала Мелисса, выпятив подбородок. — Почему он упрямится и не займется чем-нибудь еще? От него никакого толка.
— Да как ты смеешь! Он устал, а ты противная эгоистка, — возмутилась мама. — Мы не обязаны всегда и все вам рассказывать, но папа в поисках работы обращался в разные магазины и офисы, но там или хотят кого-то помоложе, или выясняется, что у него не та квалификация. Он очень старается. Это не его вина, это спад экономики. От переживаний он плохо себя чувствует. Мелисса, у нас действительно серьезные проблемы с деньгам. Я сейчас получила шанс заработать много денег для семьи, и только тогда мы начнем хоть что-то получать, поэтому сейчас нет смысла требовать то одно, то другое. Мы можем позволить себе лишь пару банок краски, какой-то материал да несколько досок. Вот так. Вам понятно?
Мелисса кивнула, ей было неловко. Раньше обычно мне нравилось, когда она получала нагоняй, но сейчас и я тоже чувствовала себя ужасно. Я переживала, что бедный папа так старался, а ничего не добился. И я возненавидела Мелиссу за то, что она сказала про папу.
— Папа очень даже толковый, — сказала я. — Он вообще лучший папа.
— Я знаю, — кивнула она. — Не говорите ему, что я это сказала, ладно? На самом деле я так не думаю.
— Конечно не думаешь, — сказала мама. — Мы просто были избалованы тем, что жили как нам хочется. Что ж, к сожалению, мы все должны приучиться идти на компромисс."
"— Мам, если ты не против, чтобы я тоже кое-что сказала, то мне немножко обидно, что тебе-то не нужно идти на компромисс. Ты хочешь иметь отдельную комнату. Вот ты ее и получила, — сказала я.
— Моя жизнь представляет собой один большой компромисс. Я должна все время готовить, и стирать, и убирать за всех вас. Я должна ходить на работу в школу, где звонят многие родители, которые волнуются из-за пустяков. Когда я наконец могу сесть за шитье, то я уже совершенно измучена и у меня раскалывается голова. И оттого, что меня огорчают две избалованные дочки, становится еще хуже.
Теперь наступила моя очередь почувствовать себя неловко. Я пробормотала, что прошу прощения, — хотя на самом деле считала, что я права. Мама ушла что-то шить. Мелисса отправилась в свою комнату, чтобы начать большую разборку.
А я осталась в моей Берлоге Марти и, сгорбившись, уселась между Уилмой и Попрыгунчиком со своим альбомом для рисования. Я посмотрела на эскиз Мелиссы. Эта новая комната должна была быть для нас обеих, но она совсем не была похожа на мою.
