И пошла в швейную комнату, где Мелисса помогала маме с костюмами: я решительно настояла, чтобы Мелисса нам не мешала. Но теперь Джейдин все испортила, потому что Мелисса явилась в нашу комнату и стала показывать Джейдин, как наносить этот противный крем на руки. Честно, уж это точно не наука о ракетах — подумаешь: крем, руки, потереть!

— А можно и мне немножко взять? — спросила я Мелиссу.

Она удивилась, но сказала «да»."

"Я взяла порядочную порцию крема и стала мазать им Заплатку, Галопчика, Сладкоежку, Веселые Ножки, Колокольчика и Звездный Свет, чтобы посмотреть, станут ли блестеть их спинки.

— Марти! — возмутилась Мелисса. — Не трать мой крем на своих дурацких лошадей!

— Ой, Марти, ты такая смешная! — захихикала Джейдин, растирая пахнущие розой руки. — М-м-м, райский запах! Я чувствую, как становлюсь взрослой. — Она рассмотрела всю Мелиссину косметику. — Конечно, я почувствовала бы себя еще более взрослой, если бы могла накраситься, — сказала она с надеждой.

Мелисса улыбнулась.

— Джейдин, а хочешь, я тебя накрашу? — спросила она таким сладеньким, дурацким девчачьим голоском, как у Доброй Ведьмы Глинды в «Волшебнике Изумрудного города».

— Ой, Мелисса, да! — Джейдин захлопала в ладоши.

На это ушло тыщу лет. Джейдин даже перестала разговаривать со мной, пока Мелисса накладывала всю эту косметику, эту ерунду, на ее лицо. Джейдин слышала только Мелиссу — Королеву Красоты. А Мелисса рассказывала про всякую чепуху — о тенях для глаз, которые отражают цвет ваших глаз, о том, как надо поцеловать бумажную салфетку, когда вы накладываете первый слой губной помады. Мелисса продолжала красить и говорить, а Джейдин упивалась этим рассказом. Я ничем не могла ее отвлечь. Когда мама крикнула, что время ужина давным-давно прошло, Джейдин заволновалась:

— Ой, а когда я буду есть, вся моя губная помада сотрется?

И тут я подумала — раз она такая идиотка, то после всего этого я совершенно не хочу с ней дружить. Она вела себя вовсе не как моя подруга.

На ужин были спагетти болоньезе. Я пыталась научить Джейдин играть в мою игру «слурп-слурп-слурп» — когда втягиваешь каждую спагеттину в рот, не откусывая ее. Мама всегда просила этого не делать, но я знала, что на Джейдин она ворчать не будет, поскольку та наш гость. Но Джейдин захихикала и сказала, что мои губы тоже будто намазаны губной помадой — у меня вокруг всего рта был оранжевый соус. Джейдин старалась есть спагетти подражая Мелиссе, то есть накручивать их на вилку.

Мама и папа болтали с Джейдин, пока я втягивала и слурпила.