***

Прасковья Валуевна разбирала почту и наткнулась на письмо от баронессы Виленской, Елены Михайловны.

Она почти не знала баронессу, поскольку та редко бывала в обществе. Прасковья Валуевна была наслышана, что Виленская весьма набожна, в основном живёт в отдалённом имении, там открыла школу для крестьянских детей. А в столице начала проживать лишь тогда, когда у барона и Ирэн начались сложности.

На этом моменте своих рассуждений госпожа Гайко мысленно хмыкнула, — хороши сложности. По существующей версии Ирэн бросила мужа и сына и в открытую жила с графом Балашовым. И когда-то госпожа Гайко её тоже осуждала.

Но теперь, когда она узнала Ирэн получше, то никак не могла понять, как такое вообще могло произойти с этой яркой, умной женщиной. Как будто кто-то всё придумал. А все и поверили.

Супруга наместника сама занималась благотворительностью и знала, что Елена Михайловна поддерживает приют при церкви Святой Елены. Из чего сделала вывод, что человек она неплохой, но, наверняка с Ирэн, из-за брата, у неё сложные отношения, но так-то женщина она разумная.

Письмо было длинным. В нём баронесса расписывала, что сожалеет, что резко обошлась с Ирэн, когда та нуждалась в помощи.

Здесь Прасковья Валуевна оторвалась от чтения и подумала, что, вероятно, это баронесса говорит о том случае в конце января, после которого Ирэн была вынуждена переехать к отцу.

Баронесса раскаивалась, и это заняло почти две страницы, далее она писала, что теперь брат мечтает, чтобы Ирэн вернулась, и она, как старшая сестра, просто обязана им помочь.

Потом снова шло раскаянье и сожаление, что она уже долгое время не видела племянника, что брат постоянно в разъездах, а ей так хотелось увидеть мальчика. И, узнав, что Ирэн привезла сына в Москов, она просит госпожу Гайко устроить ей встречу с племянником, потому как боится напрямую говорить с Ирэн, так как уверена, что та ей откажет. Или хотя бы передать подарок для племянника, если не выйдет увидеться.

Под конец она просила госпожу Гайко привезти племянника в церковь Святой Елены, приют при которой они обе поддерживают, если та решит помочь «несчастной» баронессе.

Прасковья Валуевна собиралась в приют на следующий день и подумала, что почему бы и нет. Ирэн занята на выставке, завтра у неё открытие, ребёнок сидит в особняке. А она могла бы взять дочерей, близнецов Лопатиных и сына Ирэн. Они бы помогли в приюте, посмотрели, как детки—сироты живут, а там и баронесса могла бы увидеться с племянником.

Приняв решение, госпожа Гайко даже улыбнулась, так ей самой понравилась эта идея.

— Сегодня же расскажу Ирэн, и если она одобрит, то завтра съездим, сделаем добрые дела, — подумала Прасковья Валуевна, решив, что про Виленскую старшую рассказывать не будет, а то Ирэн может и заупрямиться.