Он резко останавливается и осторожно поворачивает голову назад.

В груди что-то оборвалось. Он замер не в силах отвести глаза в сторону. Буквально в десяти метрах от него шла компания людей. Среди них он узнал Монику. Ту самую Мериду из столовой. Быстро оценив ситуацию, Отис сорвался на бег. Он был гордым, но не тогда, когда это напрямую связано с целостностью его костей. У одного из них была бита. Отису никогда не нравился бейсбол. Особенно, если вместо мяча использовали его голову. За спиной послышались крики и ругательства. Как же он мог быть таким дураком? Заметив их хоть на пару минут раньше, у него была бы фора.

А теперь он выжимал из своих ног максимум, пытаясь найти хоть один открытый магазин. Тщетно. Нигде не спрячешься. В голове как назло всплывали кадры из мультика, навеянные Моникой. Иногда сам Отис не понимал свой мозг. В ушах набатом стучала одна единственная фраза.

«Не оборачиваться, не оборачиваться, не оборачиваться!»

Но, если страх и мог спасти Отиса от навязанного спортивного рекорда и занятию по бейсболу, то против машины у него не было шансов. Тот самый автомобиль, который выдернул его из мыслей о Конарде караулил впереди.

Отис прищурился. Оттуда появилось еще два человека и преградили ему дорогу, но не успел Ревиаль свернуть в первые попавшиеся кусты, как его схватили за шиворот рубашки и приложили виском о рукоятку биты. Среди полнейшей какофонии в голове, Отис отчетливо услышал звук разлетающихся по тротуару пуговиц. Странно, но о рубашке он беспокоился сейчас намного больше, чем о собственном благополучии. Пятнадцать евро. И почему только медицинская страховка не покрывает испорченную одежду во время избиений? Его отпустили, и он рухнул на газон, пытаясь прийти в себя. И даже в это мгновение абсолютного позора Конард улыбался ему. Кому-то точно нужно к врачу. Ни страх, ни адреналин не могли выбросить образ парня из головы Отиса. Это ненормально.

– Так, Майк, если он не будет в состоянии отвечать на вопросы, то все напрасно. Эй, Отис? А ну ка, Отис. Открой свои глаза, ангелочек, – услышав подобное обращение, сердце парня застыло. Его будто окатило ледяной водой. Он мелко задрожал. Никто не должен так его звать. Никто. Неизвестный схватил Ревиаля за волосы и потрепал, привлекая внимания.

 – Так, это уже совсем не круто. Открывай свои глаза. Отис. Ты слышишь меня?

– Не называй меня так.

– О, у нас и голос есть. Я уже подумала, что у тебя с этим проблемы. В столовой ты был таким неразговорчивым. – Она усмехнулась. Ревиаль посмотрел по сторонам. Бежать некуда, он был окружен. Отис пытался сообразить, что ему делать, как поступить. Как избежать хотя бы морального издевательства? Она легонько пнула его ногой, снова привлекая внимание.