Согнав с подоконника Ликси и закрыв окно, девушка легкомысленно пообещала:"

"— Если кто эту встречу не переживёт — так это точно не ты. Так что про семейство — забыли. И на на монету — плевать. Монеты — дело наживное. Ты лучше скажи, как сюда попал, если теперь безлошадный?

— Да просто — демонстрация товара группе покупателей. Стержень у них работающий есть, так что забросил какого-то толстого в Тридесятое, к Премудрой, а сам — к тебе. Мне его через полчаса уже забирать нужно.

— Зря они деньги потратили.

Григорий удивился:

— Почему? Вроде бы они со всеми и обо всём договорились, и монеты фальшивые у них получаться скоро будут.

Василиса с досадой пнула ногой неудачно выросший кустик травы и несчастным голосом объяснила:

— Я как раз хотела тебе рассказать: Хранители вроде бы уже между собой договорились, и будут все двери в сказочный мир закрывать. Совсем. Спорят только о том, на сколько лет — на сто или на десять. И всех в свои миры эвакуируют, ну, или кто куда захочет. Так что мне выбирать придётся.

Гриша спокойно пожал плечами:

— И выбирай.

— А ты?

Он обнял Василису и, вроде бы, даже слегка обиделся:

— А ты ещё не поняла? Где ты — там и я.

Последовавшие поцелуи прервала Ликси, спрыгнувшая парочке сначала на плечи, потом на колени — с напоминанием, что всем пора. Гриша аккуратно поднял её за пузико, забросил обратно в комнату, затворил окно и спросил:

— А когда закрывают? Чтобы мы успели свадьбу и здесь и там сыграть.

— Какую свадьбу?

Григорий откровенно веселился:

— А какую хочешь. Можно — белое платье, ЗАГС, Мендельсон, лимузин, ресторан, избранные пьяные гости. Можно — какое хочешь платье, ЗАГС, столы на улице, гармошка и чуть менее пьяная деревня в полном составе.

Василиса сделала вид, что напряжённо думает, и наконец выбрала:

— Если можно платье в цветочек, то я согласна на гармошку.

Прощание получились скомканным — в основном, из-за Ликси, которая вилась под ногами, и истошно орала, что сейчас они опоздают, и тогда — всё пропало. Печальный Гриша отбыл, а Василиса ещё успела добежать до магазинчика Лавинии и разбудить хозяйку, которая, улыбаясь, вытащила из закромов самое красивое подвенечное платье в мире, именно такое, какое девушка видела в мечтах. И то, что мечты эти возникли не далее, чем десять минут назад, красоту платья ничуть не умаляло.

Бабушка встретила блудную внучку с энтузиазмом, про растрёпанность, как ни странно, не спросила, но на припухшие губы посмотрела с некоторым подозрением. Потом она перевела взгляд на всё ещё красноватый и начинающий облезать нос, и успокоилась. В итоге Василиса была отдана в руки сразу четырёх садисток-вьетнамок, которые начали свою жертву мазать кремами и маслами, массировать, причёсывать и одевать.