– Времени впритык, но, так и быть, остановимся у придорожной забегаловки. Не в машине же тебе переодеваться.
***Вскоре мы действительно подъехали к кафе. Одноэтажная постройка выглядела сомнительно, но внутри всё оказалось не так плохо, по крайней мере, столики были чистыми, а запах свежей выпечки и кофе вызывал желание остаться. Быстро просмотрев меню, я сделала заказ. Заметила, что сын переминается с ноги на ногу. Не удивительно, учитывая, что незадолго до прибытия в Сызрань он напился чая.
– В туалет хочешь?
Он кивнул. Можно было и не спрашивать. Мне и самой туда было нужно. Но только я хотела отвести его, он заартачился.
– Там для девочек. А я хочу туда, где для мальчиков.
Ничего себе заявления. Я даже в ступор впала. Раньше он спокойно ходил со мной, а тут на тебе.
– А я не хочу туда, где мальчики, – я приоткрыла дверь, дожидаясь, пока он сдастся. – Что будем делать?
Никита насупился. Сдаваться ему не хотелось, но и терпеть, видимо, сил уже не было. Но только я собралась поторопить его, к нам подошёл Женя.
– Пойдём, – не спрашивая, он показал он сыну на другую дверь. Мне оставалось только поджать губы и выразительно посмотреть на мужа. В его взгляде была насмешка. Никита, само собой, с готовностью принял предложение.
– Сам переодевать его будешь, если промажете, – предупредила я.
– Иди куда шла. Мы без тебя разберёмся.
Я хлопнула дверью. Можно было бы силой увести сына, устроить скандал. Только к чему бы это привело? Сколько нам ещё предстояло жить с Женей бок о бок? Больше всего меня тревожило, чем всё закончится. Пройдёт неделя, две, три, а потом что? Вчера утром я получила оповещение из банка, но заниматься этим времени не было. Да и смысла тоже. Я знала: пока Женя не успокоится, мне придётся жить с оглядкой на него и его прихоти.
Что и говорить, отсутствие сына рядом избавило меня от обычных сложностей. Вытерев руки, я поправила ворот свитера и посмотрела в зеркало. Если Воронцов считает, что после ночи в поезде я надену платье и буду на высоте… Пусть считает.
– Никит, – услышала я, выйдя из туалета. – Никита.
Дверь мужского открылась. Хмурый, Женя глянул на меня. Посмотрел вокруг.
– Чёрт, – процедил он.
Я похолодела.
– Где мой сын? – в голосе мелькнула паника. Ещё не добравшаяся до разума, она мгновенно пронзила сердце.
– Только что вышел. Минуты не прошло.
Я заглянула в уборную: конечно, сына там не было.
– Никита! – позвала, бросившись в зал. – Никита!
Стоявший у двери охранник двинулся к нам. Куда мог подеваться сын?! Мимо этого бугая он бы не проскользнул. Взгляд метался между столиков, но Никиты не было нигде.
– Никита! – у меня начиналась истерика."
"– Настя, – коснулся меня Женя. – Он…
– Замолчи! – закричала на него.
