Я отступил было, но тут же развернулся на каблуках и бросил:

– Эй, и вот еще что…

Волчек, который был уже одной ногой в лимузине, начал было поворачиваться ко мне; водила по-прежнему придерживал открытую дверь.

Не обращая внимания на боль, которая простреливала все тело при каждом вдохе, я покрепче утвердился на ногах и изо всех сил пнул водилу ногой в голень, отчего тот упал на колени. Едва поставив ногу обратно на землю, принял боксерскую стойку и с разворота превосходным правым крюком влепил Волчеку в башку, отчего тот треснулся черепом о стекло. Ухватившись за приоткрытую дверь, от души врезал ею прямо в ошеломленную физиономию водилы.

Босс того, что некогда было могущественной организацией под названием Bratva, повалился на мокрый асфальт, усыпаемый дождем из мелких кубиков разбитого стекла и тщетно пытаясь прикрыть лицо руками.

– Это тебе за Эми, Джека и его сестру. Можешь не париться насчет ФБР. Лучше парься насчет Джимми Кепарика. Он тебе своего племянника так просто не спустит. На твоем месте я сейчас взял бы ноги в руки и вместе с этой вот обезьяной пулей свалил бы на самолет.

И просто чтоб ты знал: мы отнюдь не в равном положении. Теперь мою дочку охраняют получше, чем мэра. Мы с Джимми уже об этом позаботились. За ней постоянно присматривают, так что теперь ты меня этим не запугаешь, гаденыш. Если я еще раз увижу, как ты или кто-то из твоих быков ошивается возле меня или моих близких, тебе не жить, и умирать ты будешь медленно!

Пока я шагал обратно через улицу к машине Гарри, легковушки и такси с визгом тормозили прямо у меня перед носом. Судья почесал голову и глянул на меня крайне неодобрительно.

Когда он заговорил, в голосе его явственно звучали свинцовые осуждающие нотки.

– Это было глупо, – сказал Гарри.

И, как всегда, когда что-нибудь говорил, был совершенно прав.

Глава 72

В больнице я провел месяц. Эми начинала оправляться от пережитого шока. Она до сих пор испытывала приступы страха и одна из дому старалась не выходить, но все-таки понемногу приходила в себя. К счастью, скоро ей надо было опять в школу. Ребята Джимми по-прежнему присматривали за ней и Кристиной, но с тех пор, как на Уильямс-стрит я выдал мафиозному боссу по первое число, от Волчека не было ни слуху ни духу.

Каждый вечер ровно в восемь мы разговаривали с Эми по телефону, но вот Кристина общаться с мной отказывалась. Я ее в этом не винил. Отказывалась она также хоть на минуту выпускать Эми из-под своего родительского надзора, так что в своем старом доме я бывал теперь гораздо реже – заглядывал туда раз в две недели от силы на пару часов.

Остановив свой видавший виды «Мустанг» на углу, я вылез, подхватив с пассажирского сиденья большой кожаный саквояж.