Полина права — нужно сдвинуться с мертвой точки и начать хотя бы с небольшой должности ассистента, чтобы в будущем Ясмин и Эмиль гордились мною.
Полина крепко сжала мою руку.
— Все будет. Надо жить дальше, впереди долгая зима.
— Долгая, — согласилась я.
Все зимы долгие, когда Давид больше не рядом.
Глава 44
— У вас двое детей? — спросил Андрей Слуцкий.
Мой будущий директор, вероятно. Я не запомнила его отчество, потому что жутко переживала перед собеседованием.
На предложение о моем трудоустройстве Эльдар прореагировал моментально, но не отказал, потому что не посмел бы запереть меня в своем особняке насовсем.
Иначе, клянусь, между нами бы случилась война. Открытая. Настоящая.
Я нервно поправила новую блузку, которую застегнула почти до горла. Несколько дней назад мы выехали с Полиной по магазинам.
Впервые.
Впервые за всю жизнь я ходила по магазинам с девушкой — пусть даже не с близкой подругой. У меня все равно такого никогда не было. Мы накупили столько всего, что это едва влезло в машину.
В мою машину.
Да, Эльдар вернул все мои счета, которые он заблокировал, пока я не согласилась на сделку о разводе.
На часть средств я купила себе надежный поддержанный автомобиль для поездок с работы и на работу, а другую часть сберегла, но диверсифицировала и разбросала их по разным счетам. На будущее. Уловки Эльдара многому меня научили, я должна позаботиться о себе.
Я пока слабо представляла, как половину своего дня я буду без детей, но меня успокаивала мысль, что все это — было для них. Давид может не вернуться. Никогда.
Я тяжело сглотнула, внутри затаилась горечь. Сердце снова сжалось — оно болело каждую ночь, проведенную в слезах.
— Жасмин? Вы слышите меня?
Пристальный взгляд директора осаживает меня. Возвращает из воспоминаний. Из боли.
Мне приходится посмотреть на него.
На вид мужчина был немного старше Давида, только глаза другого цвета и волосы светлее. Внешность у него была приятная, не отталкивающая, что прибавляло комфорта во время собеседования.
— Простите. Да, у меня двое детей.
— Сами рожали?
— Д-да, — смущаюсь, — какое это имеет отношение к моей работе?
— Совершенно необычное. В вашей карточке указано, что вам необходимо ежегодно проходить продолжительный курс лечения. У вас порок сердца, — утверждает Слуцкий.
— Да, но я буду усердно трудиться. Мне даже не нужен дополнительный отпуск, я буду проходить лечение в свои выходные.
Я знала, что Рустам замолвил за меня слово, и оттого стало вдвойне неудобно. Меня точно возьмут на эту работу, но за что? Я должна доказать, что я смогу.
— Я не об этом. С вашей особенностью очень тяжело родить самой. Я поражен.
— Спасибо. Так получилось.
