Не имея сил встать на ноги, обняв дерево — выла…"
"Так я становилась взрослой. Рушились иллюзии, как карточный дом. Треснули и рассыпались розовые очки. Их осколки летели мне в глаза, и я выплакивала их горькими слезами. Понимание, что увиденное крах всему: мечтам, чувствам, доверию — рвало сердце на куски. Столкнувшись лбом с жестокой реальностью жизни — разбилась в кровь. Я «выходила» из юношества и «шла» во взрослую, отвратительную жизнь, стоя на коленях, выворачивая обед назад и крича от внутренней боли, которая острыми ногтями впивалась в сердце, душила горло отвратительной петлей и не давала дышать.
В какой-то момент сознание стало играть в непонятные игры, заставляя сомневаться. Чудовищно, но это было именно так. Неужели такое возможно? Я не могла поверить, не смотря на то, что увидела все собственными глазами. Может, мне показалось? И тут же здравый смысл начинал вопить в ответ, не давая ненормальным мыслям поселиться в голове. ЧТО??!! ЧТО МНЕ МОГЛО ПОКАЗАТЬСЯ??!! Его испуганного взгляда я не забуду никогда!
Как он мог? Как?! Ну, объясните, мне, КАК?! Если не любишь — уйди. Но не унижай меня!!! Чем?! Ну, чем она лучше?!! Почему она?! Гулящая, пьющая, курящая… Почему именно она?! Господи, ну как так?! Я думала, что со мной что-то случится. Что умру от разрыва сердца там, в лесу, и это будет спасением. Но жизнь не собиралась облегчать мне мою ношу. Я должна была выпить всю зловонную чашу под названием «измена» до последней капли.
Часа полтора истерики забрали все силы. Я еле волочила ноги. Вышла на земляную дорогу, которая проходила сквозь лиственный лес, и которой уже практически никто не пользовался. Вспомнила, что недалеко есть источник, а рядом должна висеть железная кружка. Вода в нем была ледяной даже в самую жуткую жару. Что говорить про осень? Умывалась, не почувствовав толком холода. Выпила воды. Пошла лесом к своему двору.
Домой вернулась со стороны огорода, решив избежать возможной встречи с Владом, так как не сомневалась, что он будет ждать у входа в сад.
Дедушка заметил, что со мной что-то не так.
— Ну что? Как сходила? Как там баба Поля?
— Нормально. Я передумала. Не ходила на ферму. Что-то чувствую себя неважно.
— Ты не простыла, часом?
— Не знаю. Наверное. Что-то плохо мне.
Я сделала себе чай, и, закутавшись в одеяло, просидела весь вечер как изваяние глядя в стену. Только и поднялась, чтобы разогреть ужин да улечься спать.
На следующий день стало ясно, что действительно заболела. Ангина. «Не надо было пить родниковую воду» — как-то вяло повторяла себе в попытках разжевать аспирин и запивая горечь малиновым вареньем, разведенным в кипятке. В голове было пусто — толи сработал инстинкт самосохранения, толи что, не знаю.
Брат принес мне от соседки овечьего жира.
