Высокая машина таранит снег и плывет по нему, как корабль по морю, то и дело виляя из стороны в сторону. Хватаюсь за держатель, чтобы не скатиться на пол.
Внезапно внедорожник останавливается, освещая фарами высокие стволы елок неподалеку.
– Застряли? – испуганно сжимаюсь.
Сидеть в таком неуютном месте мне совершенно не хочется и даже присутствие рядом двух мужчин мало меня успокаивает. Я боюсь темноты.
– Приехали, – открывает отчим дверь и прикуривает. – Выходим.
Смотрю на лес впереди и передергиваюсь.
Он точно не решил нас закопать?
3. Забава
Отчим спрыгивает, утопая в снегу почти по колено.
– Выходим, выходим. – подбадривает нас, а сам идет к багажнику.
Достает из него что-то, пока мы нехотя вылезаем из теплой машины в холодные сугробы. В мои ботинки сразу набивается снег, обжигая голую кожу на щиколотках.
Озираюсь по сторонам и ежусь. Несколько темных домов по соседству и лес. Глухой, хвойный. Страшный.
– Вот ваш дом, – кивает Рэм на самый крайний к лесу.
– Н-наш дом? – выдыхаю, оборачиваясь.
Мирон обходит машину и встает у меня за спиной. Впервые я радуюсь, что он сзади.
– Ваш, ваш. – Рэм вытаскивает из багажника два пакета, пихает в руки сыну и запрыгивает обратно в машину. Смотрит на нас пристально. – Тут еда. С новосельем.
– Ты серьезно? – раздражённо хмыкает Мирон у меня над головой.
– Абсолютно. – кивает отчим.
– Там же холодно, – пытаюсь воззвать к его разуму.
– Там есть печка. А в дровнице за домом – поленья и топор. Можете добыть топлива или побегать с ним друг за другом, в крайнем случае.
– А если мы не затопим печку? Нам что, трением греться? – рычу, сжимая кулаки.
– Можете и трением, вы все равно сводные. Счастливого нового года. – Рэм захлопывает дверцу машины и она резво двигается назад, покачиваясь на кочках и подсвечивая яркими фарами покосившиеся заборы, торчащие из сугробов.
С силой вдыхаю морозный воздух и не дышу. Легкие жжет. Хочется закричать во всю глотку, но я лишь громко выдыхаю.
В смысле “счастливого нового года”? До него еще несколько дней!
Нам что, тут неделю жить?! Да мы же переубиваем друг друга!
Свет фар все быстрее удаляется и все вокруг погружается в тишину и мрак.
Мирон молча идет в сторону дома, как ледокол разбивая собой высокие сугробы.
– Ты куда? – зову его, зябко ежась.
– За топором, – хмыкает он, продолжая двигаться. – Нам же с тобой нужно выстроить иерархию. Мне кажется, у кого топор, тот и главный.
Бросаю взгляд на ночной лес. Подрываюсь с места и спешу за ним. Я надеюсь, что все это – дурацкая шутка отчима и он скоро вернется.
