В тот день, когда я, сдав все экзамены после девятого класса, получила аттестат и торопилась домой, объявили последнюю волю бабушки. Вот прямо с утра к нам заявился нотариус с помощником и сообщил, что контрольный пакет акций и полный контроль над бизнесом получаю я. По пять процентов отошли маме, Веронике и деду по линии отца, которого я видела всего три раза в жизни, так как он был моряком дальнего плавания. Отец не получил ничего и пришел в ярость. Избил маму и оставил ее умирать на полу коридора. Если бы я не приехала домой сразу после вручения аттестата, оставшись на торжественную часть и выступление, то, как сказал хирург, мама бы умерла от внутреннего кровотечения.
Скорая успела, в ней оказался действующий реаниматолог, закрывший в эту смену ставку обычного фельдшера. Он сразу понял, что у мамы ребром пробило легкое, он два раза заводил ей сердце, он по рации предупредил хирургов больницы, что нужно готовить операционную. Она сам ассистировал. И этому человеку я буду благодарна до гроба. Тогда он спас не только маму. Он спас меня в первую очередь.
Пока маму оперировали, я позвонила Трофиму и попросила привезти сестру в больницу.
Момент, когда в стылом больничном коридоре больницы появился наш единственный дед, я пропустила. Он, прямо в форме, прошагал по коридору, присел на корточки передо мной и со всей серьезностью спросил:
— Вера, что у вас случилось? Я понимаю, что опоздал на оглашение завещания, ваш водитель забрал меня из аэропорта….
Я громко всхлипнула, покосилась на поникшую сестру и постаралась взять себя в руки.
— Он ее избил. Маму оперируют. Бабуля почти все оставила мне, вам завещано пять процентов фармацевтической компании. — Монотонно пробубнила я, обхватив себя руками и принявшись раскачиваться.
"— Так, что с Мартой? Кто ее избил? — Не понял дед.
— Отец, — едва слышно прошептала я.
Дед на минуту прикрыл глаза.
— Давно? — Прорвался сквозь мое сознание вопрос.
— Он ее все время бьет. — Вместо меня ответила Ника. Кажется, за последние несколько часов она сильно повзрослела.
Дед рвано выдохнул, поднялся на ноги, оглядел коридор и вновь впился в меня взглядом.
— Сидите здесь. Я все решу. — Он такими же широкими шагами ушел, оставив нас одних.





