Эти дикие, порочные слова на русском языке- как печать раскаленным железом, его ярмо. Жриц давно нет в комнате, мы с ним наедине, но он продолжает говорить со мной на русском. И я знаю, почему... Это материнский язык... Язык инстинктов... То, что откладывается под корку навсегда с рождения. Сколько бы мы языков ни знали, какие бы языки ни считали своими, сейчас говорит не рот, а нечто внутреннее...
Мое дробное дыхание прокатывается по груди спазмами. Карим не отстраняется. Страшно... Волнительно... Нет пути назад...
- Сделай это... Хватит меня унижать...- позорно умоляю его.
- Унижение, котенок?- снова усмехается,- несеттт... Я еще даже не начинал тебя унижать... И мне это не интересно, Инна... Нет смысла унижать женщину. Это глупо... Вот ваши мужчины унижают женщин, облачая красоту в черные тряпки. Знаешь, почему? Самоутверждаются... Они слабаки. Легко быть смелым на фоне слабости... То, что я делал в отношении тебя, это не унижение, а пренебрежение... и поверь, пренебрежение от такого, как я- скорее благость... Потому что мое внимание может слишком дорого тебе стоить...
- Разве есть что-то дороже того, что ты уже у меня забрал?- вырывается из груди быстрее, чем я думаю.
Зависает на мне глазами. Потом смеется. Тихо, медленно, размеренно...
- Сейчас, Инна, здесь, подо мной- ты всего лишь женщина, а я всего лишь мужчина. И знаешь, что я тебе скажу? Нет ничего глупее дать какой-то палке разорвать себя... Это противоестественно, противоправно, это то, что навсегда взрастит в тебе комплекс жертвы, для которой все, что между ее ног-не благословение и дар, а тягота и долг... Я не обижаю девочек, Инна. Запомни. Это мой принцип. Мы можем бесконечно долго воевать с тобой как две личности, но не как мужчина и женщина. Не будет войны с девочкой, которая сейчас сжалась в тебе и бьется в страхе и ужасе... Хотя бы потому, что я не вправе поменять законы этого мира. Это женщина дает жизнь. Меня родила женщина. У меня есть сестры. И у меня, возможно, тоже будет дочь. Воевать сейчас с твоим женским началом- это плюнуть в лицо мирозданию...
Его слова ошеломляют. Дезориентируют...
Каков бес. Путает меня, заставляет метаться в смятении по чертогам сознания... Я жадно хватаю воздух губами...
- Что... что ты тогда предлагаешь, Карим Увейдат?
Он внезапно отступает.
- Обряда не будет!- говорит жестко.
Мне бы выдохнуть... Ведь если бы меня сейчас проткнули этой штукой, шансов вернуть себе земли не было бы... Два очка в его пользу…
Он теперь не смотрит на меня. Вопреки моим ожиданиям, небрежно подхватывает с пола мою тунику и кидает.
- Прикройся,- говорит сипло, отводя глаза.
- Что... это значит? - выдавливаю из себя, все еще чувствуя, как горят щеки...- как это понимать?"
"- Буквально,- раздраженно выплевывает в ответ,- терпеть не могу нелепое варварство. Ты бы видела себя со стороны.
