Снова пользуюсь техническим преимуществом машины на повороте и ухожу в отрыв, но пару мгновений- и он снова поджимает.
- Тормози, Инна... Тормози, мать твою...
Меня пронзает злостью. В коктейле с эйфорией и адреналином- это плохой для него сигнал...
- Никогда не трогай мою мать!- шиплю я и разгоняюсь до максималок.
Вот-вот- и мы взлетим.
Это небезопасно. И плохо. Да, надо тормозить, а не хочется... Совсем не хочется возвращаться в состояние его тотального контроля надо мной...
Ашур тоже не отстает.
-Тормози!- кричит Карим, когда я вхожу с визгом в очередной поворот,-
Инна! Тормози!!!
Понимаю в последний момент, что это вовсе не блажь и мужская вредность. Дорога совсем сужается и при следующем повороте мы легко можем улететь в обрыв.
Я быстро включаю аварийку и мигаю моего сопернику.
Мы оба в последний момент включаем мудрость и таки тормозим.
Подумать только- всего в километре от нас верная смерть...
Машина кипит. Как и наша кровь. Каждый смотрит перед собой.
Дыхания рваные и частые. Не в унисон. Мы чередуемся.
Поворачиваю голову на приближающуюся фигуру слева. Ашур подходит к машине и решительно стучит по стеклу.
- Инта маджнун, йа Каримди (араб.- ты сумасшедший, Каримджи)!- говорит он со смесью возмущения и восторга.
А когда видит меня за рулем, просто зависает. Немая сцена."
"Расширенные зрачки Ашура. Дикий, пышущий жаром мне в спину гнев Карима.
- Рух аль-бейт, Ашур (араб.- поезжай домой),- говорит лаконично и тихо Карим.
Я прикрываю глаза. По телу пробегает волна страха, эйфории и предвкушения сама не знаю чего. Чудовищно сказать. Моя кожа сейчас так чувствительна, все нервные рецепторы так обострены, что даже если он меня ударит, я испытаю кайф... Извращенство... искренне... настоящее...
Слышу визг покрышек позади. Еще сильнее жмурюсь. Вот я и один на один перед Каримом и его жестокими играми...
-На меня смотри,- говорит он низко, почти утробно.
Я как нашкодившая девочка сейчас. И ведь не отделаться нелепой улыбкой...
- Я выиграла... Победителей не судят.... пытаюсь смазать хоть чуть-чуть неотвратимость его угроз о порке и вообще... всего того вселенского ужаса, что посылает его взгляд.
Глаза Карима чернеют. Так чернеют, что я цепенею от страха. Наверное, такое можно ощутить только среди ночи в пустыне один на один с необузданной стихией. Абсолютный, всепоглощающий страх...
Он медленно опускает глаза на шею, прохаживаясь по каждой черте моего лица. Поддевает выверенным движением шарфик и резко дергает на себя, заставляя меня тут же задохнуться.
Что? Так бесславно? Просто быть задушенной, словно бы мы в сказке о «Синей бороде»?
Перед глазами рябит. В легких неприятное спирание, которое напоминает вакуум. Я безвольно открываю рот, как рыба, но от спазма вдохнуть не получается.
