Меня никто ни в чем не обвиняет и не собирается посадить в тюрьму за убийство, следовательно, мне ничего не угрожает.
– Да, – Наталья Александровна помрачнела. – Убийство!.. Мало того, что это незаконно, так еще и опасно!.. Ник, ты не должен подвергать девочку опасности.
– Девочка сама везде лезет.
– Останови ее.
– Нет! – тявкнула Лиса. – Я все равно! Я должна! Вы не понимаете, а я должна!..
Они же не знали и не должны знать, как она перед ними виновата. Она понимала, что рано или поздно им станет все известно, и она больше никогда никого из них не увидит, но пока у нее есть время – пусть немного, – она должна сражаться, бороться, стараться, как лиса Джунипер из интернета, приготовленная на шубу!.. Вдруг ей немного повезет и ее не пустят на шубу, не состоится шуба…
Ник пожал плечами – он ничего не понял, никакого отчаяния не заметил. А Наталья Александровна заметила.
Девочка в страшном напряжении, словно ее что-то гнетет, и дело тут не в том, что она влюблена в Никушу, хотя она явно влюблена!.. Хотелось бы знать, отвечает ли он ей взаимностью – тут мать на него взглянула, – но по нему вечно ничего не поймешь. Сколько их перебывало, этих девиц! С некоторыми Наталья Александровна даже была знакома, о других только слышала, но они никогда в жизни старшего сына не задерживались, появлялись и пропадали, и вскоре возникали другие. Мать особенно не беспокоилась, в их семье мужчины женились поздно, но зато уж раз и навсегда. Странно было думать, что Ник может жениться именно на этой – совершенно белой, худющей, с цыплячьей шейкой и выпирающими ключицами, – но данная мысль доставляла Наталье Александровне некое смутное, словно даже веселое удовольствие. Никуша всегда был «правильным» в отличие от непутевого младшего брата, и явная «неправильность» девочки ему подходила – с точки зрения матери! Вот та, вторая, что ворвалась утром в квартиру, как раз не подошла бы, ибо подходила по всем статьям: взрослая, уверенная, нарядная, причесанная.
Посмотрим. Посмотрим.
– Что там за адрес? – спросила Наталья Александровна, отвлекаясь от своих мыслей. – На конверте?
Ник посмотрел.
– Поселок Николина Гора, улица и дом. – Тут он вдруг поднял глаза и уставился сначала на Лису, а потом на мать. – Сейчас, подождите… Нет, где-то я уже слышал такой адрес!.. Мам, кто у нас может жить на Николиной Горе?..
– Не знаю, – пожала плечами мать. – Кто угодно.
– Да не кто угодно!.. – Ник вскочил. – Где мой телефон? Лиска, где телефон?
– В пиджаке, наверное, – подумав, сказала она. – Ты вчера был в пиджаке. Таком синем, в клетку.
Ник выскочил из кухни. Воцарилось молчание.
– Я стараюсь помогать, – наконец выговорила Лиса.
– Я вижу.
– Нет, правда.
– А кто такая Дуня? – осведомилась Наталья Александровна.
