Голову водителя откинуло назад, потом тело завалилось на бок. Снайпер передернул затвор.
Замыкающая «Ауди», скользя по мерзлому асфальту, проскочила впереди «Мерседеса». Еще в движении из автомобиля вывалился один из телохранителей, выхватывая из-под куртки портативный «Каштан». Едва машина затормозила, в ее боковое стекло влетела граната из подствольника. Во все стороны брызнули осколки, в салоне иномарки остались три обезображенных трупа. Последний оставшийся в живых телохранитель бросился к «Мерседесу»: преданный, как пес, он даже ценой своей жизни пытался защитить хозяина.
Оставшись в одиночестве, Ремизов отнюдь не собирался умирать овцой в клыках безжалостных волков; он сам был по сути хищником и собрался погибнуть в схватке. Выхватив из подмышечной кобуры наградной «ТТ», украшенный серебряными насечками, и распахнув дверцу, генерал выскочил на дорогу.
Снайпер вновь надавил на спусковой крючок. Пули с экспансивной воронкой и были знаменитыми «дум-думами», запрещенными в армии, но активно использующимися стрелками в охоте на крупного зверя.
Генерал выронил пистолет, прижал к телу раненую руку и, запрокинув голову, протяжно, по-звериному зарычал, ожидая очередного, уже смертельного выстрела. Но никто не собирался его пока убивать. Следующая пуля раздробила ступню на левой ноге, а третья разворотила коленную чашечку на правой. Оказавшись на асфальте, Ремизов пытался здоровой левой рукой дотянуться до своего пистолета.
"Когда, уже находясь под действием укола промедола, Ремизов очнулся, то увидел над собой белые силуэты. Через несколько секунд зрение сфокусировалось, и он смог разглядеть бойцов в зимнем камуфляже. Они медленно подняли маски, обнажив лица.
Замминистра узнал их, и прежде, чем ствол винтовки уперся ему в лоб, успел сказать:
— А я думал, это косоглазые якудза…
P. S.
