Один отвлекал, другой со спины резал жертву ножом. Следующим за Бучем ранили, хотя и не так тяжело, молчаливого оборотня из бывших спутников Итана.
Остальные оборотни в пылу собственных поединков не замечали слаженную работу парочки.
— Это нарушение правил! — закричал стоящий рядом со мной один из братьев Сиринов.
— Не докажешь. Скажут, что действовали по наитию, не договариваясь, — расстроено ответил второй.
В это время Итан стоял, качаясь, не сводя с брата широко распахнутых глаз. Я схватила за рукав ближайшего из близнецов.
— Почему не вытаскивают Буча?
— До завершения конкурса никто не имеет права ступить на лестницу кроме претендующих альфа-тигров.
Молчаливый гигант, вступивший в конкурс от нашей группы, сам теперь раненный в плечо, внезапно оказался рядом с лежащим ничком Бучем, поднял его и медленно понес вниз.
Какая-то женщина из зрителей заплакала в голос, перемежая умоляющим «Да-да».
Клан замер, даже крики стали тише. Молчаливый шел, покачиваясь, замирая, и снова двигаясь вниз. Но атакующая пара уже бежала по следам здоровяка. Удар в спину, всеобщий вздох ужаса. Буч выскользнул из ослабевших рук и покатился по лестнице, взмахивая кровавыми руками. Остановился за шесть ступеней до конца. И замер, ни звука, ни знака жив ли. Оставаясь без сознания, он не мог обернуться. Со смертью тела Буч мог потерять человеческую ипостась и навечно остаться в теле животного.
Молчаливый превратился в тигра и, виляя, начал уводить преследователей. Я и глазом не успела моргнуть как Итан сорвался на первую ступень лестницы. Миг и просто упал телом на нее."
"— Не-е-е-ет! — в горестном мужском голосе я опознала старшего Донахью. Он осознал, что через несколько минут может потерять намного больше, чем думал, когда затевал смену наследника.
— Нет! Нет! — вторили ему братья Сирины. Вокруг стенали женские и мужские голоса. Оборотни не стеснялись показывать переживания. Эмоции бушевали так, что в огромном зале стало трудно дышать. Итан коснулся ступени и тем самым официально объявил о вступлении в борьбу. Теперь ни помочь, ни помешать ему никто не имел права.
Я дернулась, но дорогу мне заслонили близнецы.
— Традиции нерушимы, — горячо и болезненно зашептал тот, кого Итан представил как Одо.
Наивные, это для них были правила и традиции клана. А я, по воспитанию простая человеческая девчонка, рожденная и выросшая вне семейства оборотней, жила по своим законам.
И первый закон гласил: «Защищай то, что тебе дорого любыми средствами». Поэтому я сделала вид, что смирилась, успокаивая парней, а сама приготовилась к прыжку.
Как только Итан окажется в смертельной опасности, я лучше потеряю лицо, а мой возлюбленный потеряет клан, но зато останется в живых.
