Афера [СИ]

И услышала, как резко, словно у него груз упал с плеч, выдохнул шеф. Помолчал несколько минут, затем начал говорить:

— Шейри, запомни, мы мужики — прямые как палка. Мы влюбляемся в тех, кто любит нас, но остается недоступен. Запомнила?

Шеф, я бы сейчас могла сказать вам много нового о мужиках, их чувствах, влюбленности, любви и прочее, но нельзя, это, во-первых, и бессмысленно, во-вторых.

И я промолчала, грустно улыбаясь разыгравшейся над городом грозе. Гроза была восхитительна — сильная, порывистая, оглушающая громом, ослепляющая молниями. Вообще люблю дождь. Сильный дождь, смывающий всю эту шелуху и грязь, заливающий дороги водяными потоками, уносящий отчаяния, сомнения, страхи…

Я была такая, как дождь — мрачная, задумчивая, сильная, и с грозой, а мне приходилось играть яркий солнечный луч не менее яркого солнечного дня.

Я вышла из флайта на стоянке перед домом, заплатила по кредиту, разулась, и, держа туфельки, побежала по лужам, кружась и подставляя лицо ниспадающим с неба каплям воды, получая кайф от погоды, как ребенок, как цветок, который наконец удосужились полить, как девочка-сплошная-радость, которая балдеет даже от дождя.

И растерянно остановилась, снова почувствовав взгляд. Обернулась.

На стоянке, во внушительном флайте сидел мужчина, огонек сигары подсвечивал его лицо жутковатым красным светом.

— Простыть не боишься, девочка-лучик? — низким хриплым голосом поинтересовался он.

И я узнала этот голос. Это именно он обнял меня сегодня в толпе, скрывшись затем так, что я даже не увидела его лица. Не видела и сейчас — только широкий квадратный подбородок, да сильную ладонь, тоже при каждой затяжке подсвечиваемую сигарой.

И секунда, всего одна секунда на анализ ситуации и выбор тактики поведения. Играть дурочку почему-то претило, и потому я, ступая на носочках, решительно подошла к флайту, похоже только что спустившемуся, и встав перед продолжающим сидеть мужчиной, прямо заявила:

— Это вы сегодня схватили меня на центральной улице.

— Обнял, — ничуть не отрицая своей вины, поправил мужчина. — Извини, не удержался, — кривая полуусмешка, подсвеченная очередной затяжкой сигары.

И снова анализ ситуации и выбор поведения. Выбор? Скорее судорожный поиск. Ничего не найдя, еще раз прошлась взглядом по полуприкрытой сумраком могучей фигуре незнакомца, и честно призналась:

— Вы напугали меня.

И очередной затяжки не последовало. Мужчина опустил руку с сигарой, пристально, и я чувствовала его взгляд, вглядываясь в меня.