Оказавшись в коридоре, я настороженно посмотрела на Ниркора, ожидая его реакции. Как он оценит порядки в моей семье?

– Я знаю, что ты хочешь услышать, но не могу подобрать слов, чтобы выразить свои впечатления.

Взяв за руку, супруг повел меня в сад, который виднелся из открытых дверей на веранду. По пути мы встретили моих сестер, брата с его теперь уже женой. Все смотрели с любопытством, кивали, но ждали ужина и официального знакомства.

Когда мы подошли к одной из лавочек, супруг всплеснул руками:

– Когда я отправлял тебя домой на каникулы, то хотел, чтобы ты расслабилась в семейном кругу, напиталась теплом.

И сейчас мне сложно понять то, что я вижу.

– Ты не прав. Когда я поступала в академию, признаюсь, была обижена на свою семью, но случившиеся с того времени события заставили меня пересмотреть свое отношение. Мои родные такие, какие они есть. И когда в моей жизни случились трудности, меня подозревали в убийствах и я носила красное платье, семья и род поддержали меня. В трудной ситуации они встали стеной. Я ценю это. Да и мачеха обладает честью и достоинством. Она могла для меня ничего не делать, я всего лишь бастард, но она воспитала меня наравне со своими детьми.

Да, может, я не получила тепла или материнской заботы, но зато мне было дано все необходимое для жизни. Это тоже нужно ценить.

– Прости. – Ниркор поднес мою руку к своим губам и быстро поцеловал каждый палец. – Мне сложно понять такие отношения, но если ты их любишь, уважаешь, принимаешь… Мне-то еще проще их принять.

Приподнявшись на цыпочки, я поцеловала супруга сладко-сладко.

– Мне не нужно от них многого, все для меня – это ты, – шепнула я, и он сжал меня в крепких объятиях.

* * *"

"Вечером, сменив наряды на более официальные, мы спустились к ужину.

В честь нашего приезда дом неброско и элегантно украсили, в столовой все было готово для праздничного ужина, и я терялась в догадках: неужели это ради меня решили так расщедриться? Семья ждала в гостиной, где Ниркора официально представили, мы мило поболтали, потом поужинали, и все спокойненько разошлись по своим комнатам. Даже мачеха отправилась пораньше спать: она ждала очередного ребенка.

Супруг был в растерянности от быта моей семьи, но, как мог, старался привыкнуть, и я была благодарна ему за это.

Ниркору было непросто, но куда деваться?

Выйдя из-за стола, он оглядел пустующую столовую и с легкой усмешкой заметил:

– Теперь я понимаю, откуда в тебе эта способность даже в критических ситуациях оставаться спокойной, сохранять выдержку. Порой гипертрофированное следование приличиям и правилам, невероятное уважение этикета…

Я не выдержала и хихикнула:

– Как видишь, меня правильно воспитали.

Но особенно мужа взволновало то, что отец, после того как все разошлись, вызвал меня к себе в кабинет.