— Садись за руль! — приказал Иван.

— Я… я не смогу! — отозвался Окунь, показав свои трясущиеся руки.

— Мозгляк! — выдохнул Иван и сплюнул сквозь зубы. — Ладно, сам поведу!

Он втолкнул Окуня на пассажирское сиденье, сам сел за руль и отъехал от тротуара.

— Пристегнись! — приказал он Василию, скосив на него глаза.

— За… зачем? — проблеял тот.

— На всякий случай! Затем, чтобы ты случайно не выпал! — проскрипел Иван. — Затем, что я так приказал! Понятно?

— Понятно… — Окунь схватился за ремень, судорожно, с третьей попытки застегнул замок.

— И ты тоже пристегнись! — раздался вдруг за спиной Ивана резкий, неприятно высокий, словно скрип железа по стеклу, голос.

— Что за… — начал Иван, но за спиной у него резко, злобно проскрежетало:

— Сидеть! Одно лишнее движение — и я тебе почки отстрелю! И еще кое-что!

— Кондратий… — выдохнул Иван, глядя в зеркало заднего вида.

— Он самый. — На заднем сиденье сел, распрямившись как пружина, худой человек лет сорока с загорелой лысой головой и глубоко посаженными серыми глазами. — Неужели, Ваня, ты думал, что мы с тобой сегодня не встретимся?

Он приподнял руку, в которой был зажат небольшой черный пистолет, ствол которого был направлен в спину Ивана.

— Чего тебе надо? — Иван лихорадочно искал выход, но не находил его.

— Пока мне надо, чтобы ты пристегнулся. Как ты сам только что сказал — на всякий случай! Чтобы ты случайно не выпал… на крутом повороте! И вот еще: когда будешь пристегиваться, не делай лишних движений, а то я тебя неправильно пойму!

Иван медленно, осторожными движениями пристегнул ремень и проскрипел, глядя в зеркало:

— Что теперь? Ты сильно не зарывайся, этот козел… — он кивнул в сторону Окуня, — тебя тоже обошел. Читал в газетке-то? Улыбнулся участок в Шуваловском парке, детишки там гулять будут. И тебе и мне его не видать. Меня Василий обманул, и тебя тоже кинули.

— Ничего, все еще можно будет переиграть, — мрачно ответил Кондрат. — Ты мне отдашь компромат на Анциферова, и он станет шелковый.

Иван промолчал о том, что никакого компромата у него нет. Маргарита должна была отдать кассету Анциферову, только когда документы будут у него. Да, видно, не сумела.

— Твои люди Маргариту угробили? — полюбопытствовал Иван. — Тогда отчего ж компромат не взяли?

— Не трогал я ее, на кой она нужна. Этого рыжего мои орлы действительно подстрелили, далеко он не ушел бы.

— Упустили, значит… — удовлетворенно улыбнулся Иван. — Ну что делать будем?

— Теперь поезжай в сторону Московского проспекта, — приказал Кондратий. — Только поезжай медленно-медленно, как лох, который только вчера купил права. И соблюдай все правила, чтобы к тебе ни один гаишник не привязался!

— Я понял, — мрачно ответил Иван и повернул руль.