Если же младенец рождался молча и его воля не вздымалась к звездам, то возмужав, не ведающий Зрака, варяг мог ходить лишь по земным проторенным и речным путям, более смерти опасаясь безбрежного морского пространства. Поэтому среди полунощных народов, ждущих Варяжа, были морские, речные и сухопутные, соответственно селившиеся у морей, рек и в глубине материка.
Космомысл родился морским варягом, и потому плавание для него было естественным состоянием, и напротив, он неприютно чувствовал себя, когда под ногами оказывалась непоколебимая твердь. Вел он хорс в океан Варяжским морем, заботясь лишь о том, чтоб не потерять дыхания бога Хорса, чтобы наполнены были паруса солнечным ветром. Он мысленно видел куда ему плыть, к тому же дорога была изведана: этим путем в Полунощное море исполин ходил в покоренные земли терминов и бритов, чтоб сразиться с ромейским императором. Если всмотреться в воду, так следы его кораблей еще не разошлись, не стерлись зыбью и шорох парусов не развеялся и не смешался с криком чаек. В предзимье на море судов было больше, чем в благодатную летнюю пору, ибо все прибрежные жители стремились запастись рыбой, а купцы разных стран – завезти свои товары по морскому пути из греков в варяги и обратно. И все признавали богатырский хорс, ибо о Космомысле, одолевшем Вария, далеко неслась слава, всякий встречный-поперечный, завидя корабль исполина, по размерам втрое больший, чем обычный, благодарно замедлял ход, приспуская паруса, дабы не коснуться и не изрочить его пути.
Холода Марены настигли исполина недалеко от островов страны Вута, где Варяжское море заканчивалось проливом в Полунощное море. Небо заволокло низкими снежными тучами, сквозь которые лишь изредка пробивалось солнце, а посему унялся его ветер и теперь в парусах гулял лишь порывистый полунощный стрибожий внук. В загустевшей воде тяжелый ледовый корабль пошел медленнее, его сердце остывало на холоде и живичная кровь густела вместе с морем.
По обоим берегам жили вперемешку русы, сканды, балты и герминоны, а на самом полуострове Вута – дальние родственники арваров, даны, поэтому можно было причалить и встать на зимовку где угодно: все полунощные народы с радостью бы приняли победителя ромейского императора. Однако Космомысл знал, что это лишь первый зазимок и еще можно преодолеть узкий и мелкий пролив, чтоб выйти в Полунощное море и успеть достигнуть необитаемых островов, находящихся на полунощной оконечности земель бритов, и там перезимовать.
За этими островами начинался океан, некогда омывающий Родину Богов теплым Варяжем и до сей поры называемый арварами Великим.
