К тому же миролюбивые, терпеливые, спокойно принимающие наш звериный нрав и умеющие приспосабливаться даже там, где мужчина любой другой расы быстро спасует.

Но, к сожалению, полноценной эту связь назвать было нельзя, ведь чем больше времени баскх проводит с друидом, тем быстрее из того уходит магия. Чем меньше ее остается, тем скорее партнер утрачивает чувства, становится безразличным не только к жене, друзьям, к своим обязанностям в лесу, но и к собственным детям. К тому же он быстро стареет, слабеет, увядает и в итоге все равно меняет форму. Но никто из нас не пожелал бы дорогому существу такой судьбы. Никто не захотел бы стать причиной гибели близкого ему существа. Поэтому большинство баскхов к моменту очередного брачного периода просто меняют партнера. А если все-таки решаются выбрать друида для постоянной пары, то это неизбежно будет жизнь порознь. Долгие годы одиночества, разбавленные короткими встречами для зачатия потомства. Всего несколько дней в году, когда пара способна без последствий побыть вместе. А потом снова разрыв, новое одиночество, наполненное теплом общих воспоминаний. И ожидание следующей встречи, которые по мере взросления баскха будут становиться все реже.

Эйлинон оказался не готов ни к первому, ни ко второму варианту развития событий, поэтому мы с ним в тот раз и поругались. А теперь…

Неужто мэртос все-таки подсказал ему правильный ответ?

– Я совершил ошибку, – закусив губу, признал друид. – И Айэлнон дал понять, что второго шанса у меня уже не будет.

Я молча наклонила голову.

Вот и еще одна неприглядная правда о баскхах, которым свойственно быстрое привыкание к объекту страсти и такое же стремительное остывание в случае, если наши близкие нас предают. Зверь, он ведь просто устроен. Предательство для него всегда останется предательством, каким бы красивым словом его ни обозвали. Ударь его, прогони, порань… и в следующий раз он ни за что не доверится.

Приручить его нельзя – такие, как мы, не терпят неволи.

Переубедить, к сожалению, тоже не получится – звериная ипостась в этом плане необучаема. Быть может, терпением, добротой и лаской с годами можно было бы попробовать вернуть былое доверие, но друиды, к несчастью, не способны долго оставаться рядом с нами. И с этой точки зрения Эйлинон правильно понял – на второй шанс у него не осталось времени. А значит, намного проще разорвать едва начавшиеся отношения, что, в общем-то, я и сделала. Не ради каких-то мнимых обид. Не потому, что его слова прозвучали жестоко. Но ради того, чтобы владыка мог жить дальше. Чтобы его, живого и здорового, могли потом увидеть наши дети. И в том числе для того, чтобы на пике очередного брачного периода мне не пришлось уходить от него к другому, тем самым делая еще больнее.