Пошла дальше, предварительно выпустив несколько осветительных шаров — потому что темно. Услышала голоса, постучалась.
— Не подскажете, где можно увидеть Ивана Дмитриевича?
— Это я, — мне навстречу поднялся из-за стола мужчина лет тридцати. — Брагин, к вашим услугам. А вы?
У стола, заваленного бумагами, стоял лохматый парень, он прямо вытаращился на меня.
— Филиппова Ольга Дмитриевна, маг-некромант. На службу к вам пришла.
— О, целый маг-некромант? Ещё один? Или мы лишились Соколовского? — вот, кажется, здесь знают, для чего могут быть полезны некроманты.
— Ещё один. Меня пока направили сюда к вам. Но возможно, будут привлекать и к другим делам.
— Это замечательно, но… что же ваши родня, они согласны?
Я не поняла.
— На что они должны быть согласны?
— Ну как, не самая, наверное, желанная служба для дамы, да и вообще — как вас отпустили-то?
— Я сирота, и отпускаю себя сама. И дипломированный специалист. Слышала, у вас таких недостаёт, — сурово сказала я.
— Верно, — кивнул он. — По правилам, освидетельствование должен производить и медик, и маг. Но магов ещё меньше, чем медиков, и Михаил Севостьянович успевает не везде и не всегда.
— Про правила я знаю, в Москве мы так и делали. И теперь я буду стараться успеть туда, куда не успел Соколовский.
— Отлично, Ольга Дмитриевна. Вашу шубу можно оставить вот тут, на вешалке.
Под шубой у меня было «практическое» платье с фартуком, фартук мне слегка закляли от загрязнений ещё в Москве. Посмотрим, как будет здесь.
— Я готова, Иван Дмитриевич.
— Очень хорошо, пойдёмте, и я вам расскажу и покажу, что и как у нас здесь устроено. Вот мой помощник Василий, располагайте им по вашему усмотрению.
Парень прямо ел меня глазами — мол, что это такое пришло. Его я тоже наградила взглядом сурового некроманта, тут же отвернулся.
А его начальник вышел в коридор и позвал меня за собой. Мой первый рабочий день начинался.
7. Первый рабочий день
7. Первый рабочий день
Домой я в тот день пришла затемно, уставшая в хлам и голодная. Я умею забывать про время, если увлекусь, или если нужно сделать какое-то большое количество работы. Здесь меня настигло именно большое количество.
Провести магическое обследование и посмертный допрос — дело не такое долгое, как вскрыть тело. И вскрывать лучше уже после того, как отработал некромант — когда тело уже опросили. Тело может говорить бессвязно, может вообще не говорить, может в каком-нибудь месте запнуться и зависнуть, и его уже не вывести на нормальную работу «вопрос-ответ».
И началось как раз с такого вот — мужчину принесли дней пять как, по словам Василия, и он ждал себе потихонечку, пока до него дойдёт дело у Ивана Дмитриевича. Нашли утром на берегу реки неподалёку от больницы, уже в камень замёрзшего — при нынешних морозах неудивительно.
