Двое умерших и впрямь оказались обычными людьми без каких-то там историй и непоняток — у дамы преклонных лет остановка сердца, а мужчина сорока лет умер от потери крови — уронил по пьяни топор на ногу, и не смогли нормально остановить кровь. Никаких тайн, на вопросы оба отвечали достаточно, всё в порядке.

Соколовский явился к нам в тот момент, когда я как раз дописывала заключение по второму случаю и думала, что он уже и не придёт.

А вообще он вчера был хоть и уставший в хлам, но говорил чётко по делу и как надо. Все мигом понимали — начиная от Матрёны и до Кондрата Никаноровича. Наверное, приди он во время беседы с Петрухой, тот бы тоже построился и всё выложил, даже спрашивать бы не пришлось.

— Доброго дня всем, — поклонился он. — Новости?

— Только обычно-приличные, — улыбнулся Брагин.

— И то хорошо. Ольга Дмитриевна, вы как? — и тоже ведь улыбается.

— Спасибо, держусь. Часа три поспала, наверное. И ведь хотела подремать после ужина, но не вышло.

— Вы завершили? Так ступайте спать.

— Мне бы ещё узнать, что там, в Иннокентьевском.

— Так узнавайте, — кивнул он.

— А вы вчера ничего нового не узнали? — где-то же он был весь день.

— Узнал, и это может быть хорошей новостью, — он сел и с лёгким поклоном принял у Василия чашку чаю. — Я был в нескольких местах, куда не дошла железная дорога, и узнал, как там со смертями, похожими на наши непонятные случаи.

— И что же? — я даже ручку перьевую отложила, чтобы не отвлечься и не запачкать лист чернилами.

— Нигде не обнаружил. И либо это значит, что наш нехороший человек передвигается по железной дороге, либо там он лучше прятал концы в воду.

— Лучше бы первое, — пробормотал Брагин, а я истово закивала, тоже соглашаясь.

— И я завтра займусь тем же, но уже как раз по станциям, по тем, где давно не бывал. Как раз к понедельнику и к встрече у Болотникова что-нибудь узнаем.

— Было бы неплохо, — согласился Брагин. — Потому что слухи уже ползут, Василий с утра в булочной у Кривцовых слыхал.

— Что говорят? — тут же обернулся к Василию Соколовский.

— Да что смерть ходит по городу, в самые холодные ночи, и нужно крепко молиться, чтобы не забрала. А если настигнет, то заберёт так заберёт, потом ни царствия небесного, ничего.

— И в каком же обличье ходит по городу та смерть, весьма любопытно, — Соколовский не сводил с Василия глаз.

— Так вот говорят — со спины подкрадывается. Вроде бы, к Игнатке так и подобралась, раз он не приметил, а он был шустрый да глазастый, иначе бы не протянул так долго на своём месте.

— А других приметных жертв называют?

— Да вроде нет. Просто, ну, во всех приходах хоть один, да есть, вот и болтают.

Во всех приходах, значит. Многовато. Я встретилась взглядами с Соколовским — он, похоже, подумал что-то похожее.

— Ладно, разберёмся.