Надеюсь, всё пройдёт, как надо. Ведь мне ещё столько всего необходимо сделать и решить, как быть дальше: с квартирой и со своей разбитой вдребезги жизнью…
— Вы хотите оплатить услуги? Девушка? — позвала меня кассирша.
— Да-да. Сейчас.
Я просунула в окошко кассы квитанцию для оплаты и деньги. Купюры словно обжигали мои руки, одной из них я нечаянно порезала кожу на сгибе пальца.
— Не хватает.
— Как не хватает? — похолодела от страха. Я верно отсчитала деньги не знала, куда они могли деться.
— Может быть, неправильно посчитали? Или выронили… — улыбнулась кассирша, выжидающе глядя на меня. Глаза у неё были похожи на глаза приёмной мамы, единственной мамы, которую я знала.
Внезапно я поняла, что в горле собрался ком. Я начала озираться по сторонам и заметила небольшой бумажный прямоугольник возле своего ботинка.
— Уронила. Сейчас подниму.
Выступившие слёзы пришлось смахнуть быстрым, незаметным движением. Я наклонилась за купюрой, но чьи-то пальцы были гораздо быстрее и ловчее моих.
Купюру выхватили прямо у меня из рук.
Я замерла, вдыхая уже знакомый аромат мужского парфюма. Подняв глаза, натолкнулась на ледяной взгляд Покровского, окатывающий меня волной.
Всё-таки он следил за мной…
— Что ты делаешь в женской консультации, Алёна? — Покровский протянул мне купюру, но не отдал, удерживая. — Простая проверка?
Я выдернула купюру из мужских пальцев и отворачиваюсь.
— С вами всё хорошо? — спросила кассирша, заметив тревогу на моём лице. — Не переживайте, у нас работают хорошие специалисты. Операция пройдёт успешно, — она ловко пробила чек на кассовом аппарате, прикрепила к квитанции и вернула мне. — Отнесёте своему врачу. И ещё раз побеседуйте. Можете задавать все интересующие вас вопросы.
Кассирша ободряюще улыбнулась мне. Я направилась к кабинету гинеколога, чувствуя, как Покровский взглядом прожигал мне спину.
Оглянулась на мужчину — он был похож на ворона в этом чёрном. Ворон, следующий за мной по пятам.
У двери кабинета он обогнал меня и вырвал из пальцев квитанцию, пробежавшись взглядом.
— Отдай немедленно! — потребовала я."
"— Собираешься делать аборт, Трофимова?
Покровский разглядывал небольшую квитанцию, словно искал в ней ответы на все загадки Вселенной. Внезапно он сложил квитанцию и яростно разорвал её пополам.
— Аборта не будет.
— Что? Да как ты смеешь?
— Не кричи! — осадил меня, распахнул дверь кабинета и сообщил удивлённому гинекологу с вежливой улыбкой. — Алёна Трофимова передумала делать аборт после разговора с отцом ребёнка.
— Что ты несёшь? Какой ты отец?!
Покровский захлопнул дверь и подцепил меня под локоть, уводя прочь.
— Поговорим в другом месте. Подальше от любопытных глаз.
Я дёрнулась в сторону, но хватка пальцев на моём локте усилилась.
