Елена хитрющая, втерлась к хозяйке в доверие, ездит к ней домой, маникюр-педикюр по дружбе делает, денег с Нечаевой не берет, типа, они приятельницы. Мне ее расчет за десять километров виден. Алексей Игоревич не женат, Воробьева жирную утку подстрелить замыслила. Понятно тебе, ху из Елена? Верка еще хуже. Знаешь, сколько у нее бывших мужей? Восемь. И все умерли.
– Да ну? – поразилась я. – Бедная Лазарева, не везет ей.
Кира постучала кулаком по лбу:
– Сергеева, активируй батареи мозга. Она черная вдова. Откуда у Верки шикарная квартира, иномарка? Она с мужиком расписывается, год с ним живет, а потом бедолага на тот свет уезжает.
– Ужас! – ахнула я. – Хочешь сказать, что Вера… даже произнести не могу!
– Она самка богомола, – зашептала Кира. – Ты в курсе, что та после секса с партнером делает?
Я заморгала:
– Нет, я не сильна в биологии, у меня филологическое образование.
– Сжирает богомолиха своего мужика, – просветила меня Кира, – ням-ням, и усе. Угадай, какую часть на десерт оставляет?
– Мамочка, – прошептала я, – кошмар.
– Хитрая она очень, – вздохнула Кира, – от мужей профессионально избавляется. Они все от инфаркта загибаются, не подкопаешься.
– Согласись, если у женщины постоянно умирают супруги, это настораживает, – возразила я. – Отчего полиция до сих пор не вмешалась?
Кира навалилась грудью на стол:
– Может, Лазарева участковому башляет, взятки дает. Денег у нее океан.
– Ты не права, – снова возразила я, – богатой даме незачем в турагентстве пахать.
Кира выпрямилась:
– Ты мне нравишься, не выскочка, без закидонов, высшее образование имеешь…
Я молча слушала коллегу.
"– …но мыслить в правильном направлении не умеешь, – продолжала собеседница.
– В ночном клубе? – робко предположила я. – Там многие тусят.
– Балда, – снисходительно заметила Кира, – под дикую музыку пляшут малолетки, деньги не у них, а у родителей.
