— Как это — выкупил? То есть — Вадима больше не будет? Он не придет? В смысле — его вообще больше не будет в моей жизни?
Господи, как же хорошо, что я не разделась после душа, завернувшись в полотенце и не выбросила эту тряпку, в которую превратилось мое платье! А то он бы точно решил, что я жду здесь Вадима, специально что для него обнажилась, чтобы… Чтобы отрабатывать деньги, о Господи!
— Да! — он снова останавливается, сжимая челюсти и глядя на меня нечитаемым немигающим взглядом. — Разочарована, да, малышка? — его «малышка» буквально режет меня на части — сколько раз он произносил его, лаская меня, между нашими рваными, жадными поцелуями, которыми мы не могли насытиться! И по утрам, когда я только раскрывала глаза, нежно целуя и проводя рукой по моему лицу… «Моя малышка» — шептал мне он, а я тянулась к нему руками, обхватывая за плечи…
— Теперь ты перешла к тому, кто не владеет такими сказочными богатствами, как Асколов. Не станешь блистать в бриллиантах среди бизнесменов и политиков, — жестко выплевывает он.
— Подожди… — я все еще не понимаю — Вадим- что? Вот так просто взял и перепродал меня тебе?
О, Боже? Неужели все вот так просто и легко закончилось?
Он не станет меня насиловать с утра до ночи, как грозился, не станет мстить и преследовать? Он просто озвучил сумму, которую потратил на то, чтобы вытащить моего отца, а Антон отдал ее ему? Все? Неужели весь этот кошмар, который ядом отравлял меня все последнее время — так просто закончился!
Поверить не могу, что Вадим так легко согласился меня отпустить!
— Да, — на лице Антона ходят желваки еще сильнее. — Так просто. Ты теперь моя и принадлежишь мне полностью. Даже ухаживать не надо, да, Мир? В любви признаваться, подвиги совершать и приносить цветы, которые, оказывается, ты так не любишь. Плевать на чувства, — все сводится только к количеству купюр. Только это тебя и интересовало.
— Нет, Антон! Нет! Ну, — что ты говоришь?
Я затравленно бегаю взглядом по номеру, как будто могу здесь найти хоть какую-то подсказку, как мне его убедить.
Потому что, кажется, сейчас я его теряю еще больше, чем когда он увидел меня на этой проклятой вечеринке Вадима! Безвозвратно и навсегда!
— Ты все не так понял… Я… У меня были проблемы…
Мои слова перебивает стук в дверь, — и я замираю, впиваясь руками в простыню.
Неужели все не кончено? Неужели это все-таки Вадим? Тогда я даже не представляю, что со мной будет!
— У всех проблемы, Мира, — бросает он, направляясь к двери и даже не оборачиваясь. — У всех. Только не все продают себя, чтобы их решить.
— Ваш заказ, — слышу вежливый голос, — и только тогда отмираю.
