Постепенно она к деньгам привыкла, и назойливые упоминания Андрея о том, что он и есть основной благодетель, стали ее раздражать. А уж когда тот прицепился, чтобы Остап уже сейчас написал завещание и в нем на первое место втиснул родного братца, оставляя жену на следующей строчке, Арина не вытерпела и обратилась к Белле, желая устроить братцу мужа козу. Так на портрете появилась дурацкая надпись о «древесной обезьяне». Ее сделала одна из горничных Львовых, которой заплатили немало, а уж во все тонкости, естественно, не посвятили. Однако портрета оказалось мало – братья какое-то время дулись друг на друга, но потом рабочая необходимость вновь свела их вместе.

И тогда Андрей еще упорнее стал требовать написать завещание. Арина Николаевна прибежала к Белле со скандалом. Мол, в чем дело? Она заплатила большие деньги за то, чтобы братья поссорились, а результата ноль! И Белла снова взялась за работу. Теперь уже дельце обтяпали грубо – по-больному. Кузьма, а он был самым преданным материным помощником, сделал удачный фотомонтаж, и появились на свет снимки, на которых Остап вместе с женой брата вытворяли постельные пируэты. Но произошло непредвиденное – Андрей слишком любил свою жену и, как ни крути, брата тоже. К тому же дела у него в тот момент пошли хуже некуда, и парень сломался – сам покончил с жизнью все счеты. Вот почему ревнивая, как мавр, Арина легко простила мужу измену – она знала, что ее не было. Но опять случилось не так, как она заказывала.

– Что вы наделали? Это же преступление! – снова ворвалась она к Белле Андреевне.

Ее встретил Кузьма. Весьма сурово он осадил недовольную клиентку:

– Не ори! Мы его не душили, пушку к его виску не приставляли, на перо его не сажали! Мы тебе план показывали? Показывали.

Ты одобрила? Одобрила. Никто не думал, что он слабаком окажется. А если это преступление, так уясни: ты получаешься соучастницей. Вопросы есть?

То, что она соучастница, Арина поняла чуть позже, когда ей позвонила Белла, и… на нее повесили Едякину. Конечно, Белла Андреевна с сыном уже убрали назойливую подругу, но надо было заварить кашу, которую не всякий бы расхлебал. Львова взбунтовалась, но открутиться не получилось.

– Правильно, значит, мы думали: никакой подругой Алле Титовне Арина не приходилась, – втиснула замечание Василиса.

– Конечно, нет, это Белла все придумала. Когда вы позвонили Калерии Степановне, матери Беллы, которая теперь жила вместе с ней, и начали плести ахинею про обмен с Едякиной, дамочка насторожилась. Она знала, что, во-первых, та мертва, а во-вторых, что Едякина была не настолько богата, чтобы менять квартиры, как перчатки. Срочно приняли решение дать вам сотовый телефон Львовой.