— Ты слишком многое не себя взял — мочишь багровых зверей, открываешь иномирские города, — вот и ожидания от тебя теперь огромные.
Я пожимаю плечами. Ожидайте на здоровье, но это вовсе не значит, что я обязан что-то оправдывать. У меня нет юношеского максимализма, вырос уже из того возраста, остались только прагматичные цели.
Но насчет грибника Шарового поспрашиваю Лакомку, да и Гумалина тоже. Мне не сложно. Вдруг тут, как и с уисосиками, не нужно далеко ходить за противоядием.
По возвращению с учебы решаю прогуляться по Астральным карманам. Совсем я что-то забросил унаследованную усадьбу, а она же рядом за забором, только руку протяни.
С собой беру на прогулку Лакомку, а то главная жена совсем зарылась в своей лаборатории, белого света не видит, бедняжка. Альва только рада отвлечься от экспериментов над рецепатами. Взяв меня под локоть, она непринужденно щебечет обо всем на свете, пока мы гуляем по самому опасному месту Московского Великокняжества.
— Ой, а ты видел, что Кира постриглась под каре? Прямо перед твоим возвращением, — весело замечает блондинка и с интригой добавляет: — Интересно, для кого наша некромантка прихорашивается?
— Лучше бы она избавилась от своего супового набора, — ворчу я.
— А Кира считает, что попугай тебе нравится, — улыбается Лакомка.
Играюсь? Пфф, я с ним воюю. Не на жизнь, а на смерть. Удивительно, как же слепы бывают женщины."
"Под непринужденные разговоры мы незаметно углубляемся в сторону усадьбы. Здесь уже начинаются Карманы с тварями или магами, к которым я пока еще не спешу в гости. Рано. Нынче это лишний риск и лучше подождать времени, когда смогу без проблем их добавить в Коллекцию. Поэтому мы разворачиваемся и через декоративный цветник возвращаемся обратно. Вот тут перед глазами и возникает покосившийся каменный домик.
— Заглянем? — предлагаю Лакомке.
— Как тебе угодно, мелиндо, — соглашается альва, прекратив щебетать о своем и с интересом оглядев строение.
Каменная дверь отодвигается внутрь с одного толчка.





