А потом, прокручивая запись, я смотрю: уходил Панин, а вечером возвращается… Настя. Я подумал, что пропустил соседа, не заметил его. Давай видео гонять, раз пять просмотрел. А нет Панина. Утром он утопал и не вернулся. Зато Настя заявилась. Ладно, может, он где-то заночевал, у друга остался, в командировку смылся. А на следующее утро… Владимир вышел из дома. А Насти нет. Я позвонил им в дверь, решил, если она откроет, попрошу посмотреть, не попало ли к ним на балкон полотенце, которое у нас улетело, на лоджии сушилка стоит. А там нет никого.
– Но… – начал я.
– Камера всю ночь работала, – сказала Галина Викторовна, – не возвращался он.
– Оля, девушка эта, – зачастил подросток, – инвалид с тяжелым заболеванием. Родственников нет. Жила одна, с утра до ночи сидела в интернете. У нее были профили во всех соцсетях, о себе охотно писала. Рассказывала, что у нее генетический недуг, он никак не лечится. Отец умер, он был олигархом, дочери достались все деньги. Она создала фонд помощи, но ей самой нужна сиделка, потому что здоровье ухудшается.
– Что интересно! – подхватила Галина Викторовна.
Я кивнул:
– Владимир наткнулся в Сети на обеспеченную девушку, которой требовались помощники, и отправил к ней свою якобы «жену» Настю. Возможно, у больной есть проблемы со зрением.
– Точно, – подтвердил Владик, – она плохо видела, и с каждым днем все хуже и хуже. А у нашего соседа высокий голос. Похож на женский.





