Помню, как меня вызывали к доске на уроке, который не выучила; как пряталась от мальчишек, которые собирались проучить; но никогда не ощущала такого сильного страха, смешанного с неминуемым предчувствием. Ещё один шаг и вплотную к моим поджатым стопам в офисных черных туфлях остановились высокие жёсткие сапоги. Вспыхнули щеки, замерло бешено колотящееся сердце. Мужское бедро почти коснулось моей какой-то очень обнаженной сейчас коленки в тонких телесных колготках. Я, завороженно посмотрела на красивое суровое лицо со шрамом на щеке, и неожиданно сама протянула обе руки запястьями вверх.

На, смотри, воин...

Он надёжно сомкнул пальцы на моих запястьях. Дойдя до какого-то предела, я перестала дрожать.

Я ждала. Он разглядывал. Загорелые мужские пальцы выглядели очень контрастно по сравнению с моей почти фарфоровой кожей, на которой нервно просвечивали синие жилки.

В этот момент в голове всплыли крайне полезные сведения с упреждающих плакатов:

«Если вас захватили террористы, нельзя смотреть в глаза, чтобы не провоцировать их, а также нельзя возражать, чтобы не рисковать жизнью, своей и окружающих».

Мысленно запоздало чертыхнувшись, я опустила ресницы, уже опасаясь поднимать глаза на мужчину.

Короткий рукав платья как раз открывал руки до локтя, так его взгляду ничего не мешало.

Секундная стрелка для меня почти не двигалась.

Когда он уже закончит?

Ожидая, я чуть поерзала на кресле. Почему так долго идут секунды? Осторожно повернув голову на офисные часы, я проследила за секундной стрелкой и вдруг осознала, что минута уже прошла, а черноволосый все не отпускает мои запястья."

"Что в них такого? Руки как руки. Да, они симпатичные, даже красивые: белые и в меру пухленькие, с точечками-родинками.

И всё, нечего даже и смотреть.

Вон у директора на руке дорогие часы, на них бы полюбовался.

«Намекну, что пора бы заканчивать осмотр», — решилась я и аккуратно потянула руки к себе. Но воин не отпустил. Удержав, он подтянул меня ещё ближе, а затем повернул руки ладонями вверх, задержал в этом положении, опять перевернул. Я прикусила губу, наконец, понимая, что вызвало его интерес и какую особенность он изучает: родинки.

Это проблема. У меня есть, что изучать: родинок много. На руках они интересно и симметрично расположены.

Если их поочерёдно соединить линией от запястья, то получится, что до плеча на моих руках идут как бы... спирали. Я ещё в детстве это заметила и втайне гордилась, фантазировала, что это знак. Надо же, он тоже рассматривает... Никто не рассматривал до того.

Напряженная пауза в офисе затянулась. Девчонки дрожали как осиновые листы, а я... А я уже — нет.

— Ши тду кери? — вопросительно спросил светлоглазый контролируя свою сторону комнаты, упирая колено в спину нашего директора.