Да, пошла навстречу, вышла замуж из своего женского бытового расчета – отчего ж такого влюбленного и покладистого претендента в мужья терять? Не пьет, не курит, из хорошей семьи… Вполне себе симпатичный. Карьеру делает. Вон все кругом твердят, что из него приличный адвокат получается, что дела в гору идут. Еще неизвестно, попадется ли такой претендент… Вполне ведь можно укоротить эту расхожую фразу – претендент на руку и сердце? Просто из нее слово «сердце» убрать. Или договориться с этим сердцем как-то, если возникнет такая необходимость.

Да бог его знает, что там Алиса думала, когда давала согласие выйти за него замуж.

Как вышло, так и вышло. Главное, она честна с ним была, любить не обещала. И он на такой расклад сам согласился. А не нравится – уходи…

Да, все просто. Повернись и уйди. Да только в том и беда, что не может он уйти! Не может! Потому что любит, как раньше. Может, даже еще сильнее, чем раньше. Уж так устроен человек – сам себя подхлестывает недосягаемостью. Да и о чем еще рассуждать, давно об этой проблеме все сказано гениальным Пушкиным. Как там у него? «Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей»? То есть если бы он меньше любил Алису, то все бы по-другому было? Может быть, может быть… Если бы у него только получалось – любить меньше!

Все, абсолютно все он любил в ней.

Красивое лицо. Прекрасные холодные глаза. Капризные губы. Нежную гладкую кожу. Голос. Движения. Привычку отбрасывать волосы назад плавным движением головы. Избалованность. Ленивую грацию. Даже то самое терпеливое изящество любил, с каким она отдавалась ему в постели. Любил и страдал. Иногда ему казалось, что и к страданию от ее безответности он тоже привык, что оно стало его частью. Как привыкает человек к неизлечимой болезни с жуткими болями, так и он привык. И потому позволяет себе принять запретное обезболивающее – хоть изредка, чтобы хоть немного прийти в себя. Имя этому лекарству – измена.

Хотя и обезболиванием это действо назвать нельзя. Скорее, это попытка хоть как-то самоутвердиться. Ответить самому себе на вопрос – я что, совсем не мужик? В постели меня только терпеть можно?

Благо что и возможностей для такого самоутверждения было – хоть отбавляй.

Связи заводились как-то сами по себе, особо напрягаться не приходилось. Были и замужние дамы – с ними вообще было проще. Можно было просто номер в гостинице снять. И времени сам процесс занимает меньше, потому как дама домой торопится и в страхе все время пребывает – вдруг муж узнает. Ему всегда хотелось спросить – зачем ты, милая, ему изменяешь, если так боишься? Но не спрашивал, конечно. Потому что наверняка у нее свои объяснения есть, которые ему знать не положено.