Речь наверняка шла о том договоре, что Бина Ши и Первый Легион заключил после Красной Битвы. Да, там погиб Искандер, там присутствовала София и как раз после тех событий Прометей вышел на главные роли в Городе. Значит, это снежное поле боя — оттуда? Меня вновь пробрала ледяная дрожь. Супермонада — олицетворение чистой А-энергии — стала «Даат», когда обрела материальное тело Синей Птицы, но при этом не утратила своих экстраординарных способностей и представала перед людьми и Инками в других ипостасях. Легенды людей о Софии и Искандере изображали благожелательное к людям существо… И если она — действительно вершина иерархии Бина Ши, почему она проявила себя только сейчас?
— Разве это важно? — немного печально улыбнулась София. — Все в прошлом, это совсем другая история. Люди обрели мир. Ши обрели Мать. Война была закончена, все получили надежду. Я стала залогом мира, Посредником между вашими видами.
— Залогом мира? Но Бина Ши опять напали на Город.
— Город стал другим. Он никогда не принадлежал тебе, а потом ты ушел и не вернулся, — сказала София. — Но вернулись другие, твои ученики. Они взывали ко мне в отчаянии. Я говорила с Айсбергом. Я говорила с Чудесницей."
"— Так вот почему Ши не растерзали Одержимых, хотя они принесли с собой Тьму, — медленно сказал я. — Это твоя работа, верно?
— Не Тьму. То, что из нее сделал Сумрак, — ответила София. — Но ты прав, это моя работа. Мы говорили с теми, кого ты называешь Одержимыми. Я дала им Рой, чтобы они завоевали Город. И вернули Сердце.
— Но они встретили меня.
— Они встретили тебя, — кивнула Супермонада. — И теперь мы будем говорить с тобой. Как говорят люди, я рада тебя видеть, старый друг. Хоть ты и не помнишь, что связывало нас.
— Может, ты поможешь мне вспомнить?
— Могу, — медленно произнесла София, не меняя выражения лица, — но помогать не стану. Ты не хотел этого. Иначе уже вспомнил бы сам. Иначе твоя Мико не ушла бы в глухой блок.
— Мико? Почему? Что с ней?
— Она исполняет твою скрытую инструкцию. Сейчас существует вероятность, что я могу изменить последовательность будущих событий, задуманных тобою. И она полностью отключилась, чтобы избежать моего воздействия. Чтобы не дать доступа к сохраненным нейрослепкам. Чтобы, в случае негативного сценария, восстановить тебя. Она уже делала это, и не раз.
— Как? Когда? — я ничего не понимал.
— Последний раз — когда ты встретился с тем, кого ты называешь Левша. Ты использовал Дар, умер и возродился. А потом тебя собрали заново из старого нейрослепка. Ты не понимаешь. Я объясню.
Она помедлила, как будто подбирая слова.
— Ваша нейросеть не только помощник и страж. Она оператор того, что вы называете онтоприоном. Онтоприон… он не живой, в вашем понимании. Нет слов в вашем языке, чтобы объяснить.
