Он покачал головой:
– Вы рассуждаете непоследовательно.
– Разве не вы говорили в Иерусалиме о невмешательстве в чужие дела? А сами чем занимаетесь?
– Я ни во что не вмешивался – только сообщил, что знаю.
– А я говорю, что вы этого не знаете! Господи, опять мы о том же! Словно бегаем по кругу!
– Я очень сожалею, мисс Кинг, – мягко произнес Жерар.
– Поймите, – тихо сказала Сара, – никому из них не удалось спастись! Старуха все еще здесь, даже из могилы она протягивает к ним руку... Мертвая, она не менее ужасна, чем живая! Я уверена, что она наслаждается всем этим... – Помолчав, Сара добавила обычным тоном: – Маленький человечек поднимается на холм.
Доктор Жерар бросил взгляд через плечо.
– Думаю, он ищет нас.
– Он действительно так глуп, как выглядит? – спросила Сара.
– Он отнюдь не глуп, – серьезно ответил Жерар.
– Этого я и опасалась.
Она мрачно наблюдала за приближением Эркюля Пуаро.
Добравшись до них, он испустил громкое «уф!» и вытер лоб, потом печально посмотрел на свои лакированные туфли.
– Увы! Эта каменистая почва! Мои бедные туфли!
– Можете позаимствовать у леди Вестхолм ее набор для чистки обуви, – не слишком любезно посоветовала Сара. – А заодно и пылевую тряпку. Она путешествует с полным комплектом для образцовой горничной.
– Этим не удалишь царапины. – Пуаро грустно покачал головой.
– Вероятно. Но почему вы вообще носите лакированные туфли в такой местности?
Пуаро слегка склонил голову набок.
– Мне нравится выглядеть soigné[150], – сказал он.
– На вашем месте я бы не пыталась делать это в пустыне!
– Женщины в пустыне тоже смотрятся не лучшим образом, – заметил доктор Жерар. – Правда, к мисс Кинг это не относится – она всегда выглядит аккуратной и ухоженной. Но леди Вестхолм в ее неуклюжих, плотных жакетах и юбках, этих кошмарных кавалерийских бриджах и башмаках... quelle horreur de femme![151] А бедная мисс Пирс – ее одежда сморщена, как увядшие капустные листья, а бусы и цепочки все время звякают! Даже молодую миссис Бойнтон, хотя она и красивая, не назовешь chic![152] Она одевается абсолютно неинтересно.
– Полагаю, – сердито заметила Сара, – мосье Пуаро поднимался сюда не для того, чтобы разговаривать об одежде!
– Верно, – согласился Пуаро. – Я хотел узнать мнение доктора Жерара, которое для меня чрезвычайно ценно, и ваше, мадемуазель, ибо вы молоды и ориентируетесь в современной психологии, относительно миссис Бойнтон.
– Неужели вы еще не выучили все это наизусть? – спросила Сара.
– Нет. У меня есть чувство и даже более того – уверенность, – что психика миссис Бойнтон очень важна в этом деле. Личности такого типа, несомненно, знакомы доктору Жерару.
– С моей точки зрения, она была весьма любопытным экземпляром, – откликнулся доктор.
– Тогда расскажите о ней.
