Топорик был один и явно боевой, поскольку с обратной стороны имел четырёхгранный клюв. Наставник его никому не давал, а работал только сам. Берёг.

С приближением осени заметно похолодало, а к обязательным тренировкам прибавилась помощь в уборке последних овощей, поэтому день у Сергея был насыщен и разнообразен, а когда выпал первый снег, в посёлок вернулись те, кто выжил в той битве и отправился в составе единого войска дальше гнать врага.

Их было восемь человек, которые остались в живых. У одного не было правой руки по локоть, и ещё один потерял по колено ногу.

Прибывшие что-то радостно говорили Серому, хлопали ему по плечу, но он почти ничего не понимал, кроме часто упоминаемого слова арс и ату, что означало одобрение и что-то хорошее.

После дележа трофеев, часть перепала и ему. Он получил боевой нож, три стрелы, пару волчьих шкур и выделанную шкуру быка. Обилие трофеев его просто повергло в шок, но у него появились свои первые железные вещи.

Железо на ноже было такое же дрянное, что и на копьях, но лучшее железо пускали только на мечи и топоры, и с этим ничего поделать было нельзя.

Оценив полученное богатство, Сергей решил сшить тёплую одежду и заняться изготовлением более надёжной брони и обуви. Для этого ему были нужны шило, иголка, нить. На шило и иголку он решил пустить наконечник стрелы и пошёл в кузницу. Память по дороге подсказала ему, что можно заполнить глиняный кувшин потухшими углями костра, положить в него нож и, залепив кувшин глиной, положить его в угли костра. Задумавшись над этим, он решил впервые попробовать воплотить увиденные в образах действия и изменил направление движения в сторону гончаров.

Большой горшок с крышкой удалось выменять за стрелу с широким железным наконечником, и со всем этим богатством он пришёл к кузнецу.

Восковая табличка помогла нарисовать ему нужные вещи, но кузнецу было жалко наконечник стрелы, и он сам взялся сделать для молчуна нужные ему вещи из обрубков. Пару шил сковали быстро, с иголкой тоже проблем не вышло, нужно потереть ей о точильные камни, чтоб снять лишний металл, но это за три-четыре дня можно было сделать.

Несмотря на то, что дружинники вернулись с войны, он по прежнему жил один, и смог выкроить время и ободрать на точильном камне и иголку и шилья. Иголка была толстовата, но и нитки сейчас были не тонкими, а ему деваться было некуда. Холодало.

В первую очередь он занялся обувью.