Понятно, что всех Юг охвачен бунтом, не желая признавать власть Василия Шуйского. Также уже дошло известие об отправке царём двух армий для усмирения непокорных городов. Как раз накануне пришла весть об начавшейся осаде Кром князем Юрием Трубецким. И всё. Что творится в восставших городах, кто стоит во главе восставших, Болотникову было неизвестно.

Поэтому предложение Грязнова выдвинуться со своим отрядом в сторону Курска и Ельца, собрать восставших в один кулак и двинутся вместе с ними на Москву, было полностью одобрено.

Так что дело теперь за малым; без приключений до Ельца добраться. Потому как с этаким «воинством», что сейчас под присмотром Глеба, Кривоноса и Мизинца к походу готовится, мы и против небольшого неприятельского отряда не выстоим. Ну, разве что они от смеха, наблюдая за нашим построением, помрут.

Ну, это как Бог даст. Трубецкому и под Кромами сейчас не сладко. Так что шансы нарваться на один из его отрядом минимальные. Гораздо страшнее дизентерия, порой выкашивающая целые армии. Посмотрим. Может быть, я что-нибуть и придумаю.

Глава 4

— Вот и добрались, слава тебе Господи! — размашисто перекрестился Грязной.

Я криво улыбнулся, покосившись в сторону своего воеводы.

Добрались? Скорее уж насилу доплелись! О том, как мы сюда добирались и вспоминать не хотелось. Мука смертная!

В фильмах оно как-то всё по эффектнее смотрится. Собрал войско, выступил в поход, и вот ты уже громишь неприятеля в хвост и в гриву. В жизни всё вышло значительно прозаичнее. Ведь до точки назначения ещё как-то добраться нужно!

Наш недополк, своей численностью приближавшийся уже к полутысяче бойцов, брёл по степи со скоростью беременной улитки. И порой у меня возникали сильные сомнения в том, что он вообще до Ельца хоть когда-нибудь добредёт.

И если бы не Рыльск, Курск и Ливны, города в которых, благодаря полученной от Болотникова грамоте, удалось немного передохнуть и пополнить запасы, точно бы не доползли, растеряв половину отряда в лесах и степной траве.

Не удивительно, что когда мы добрались до Ельца, перед взором горожан представала измождённая, оголодавшая толпа оборванцев, которая не то что на царское войско, на шайку татей-неудачников не тянула! И даже небольшой конный отряд, своей экипировкой и вооружением разительно отличающийся от общей серой массы, общего впечатления не исправлял, лишь подчёркивая унылую картину.

— Ладно, чего пялиться попусту? — вздохнул я, поглядывая на толстенные, деревянные стены, нависшие над глубоким оврагом. — Поехали, Василий Григорьевич, побеседуем. Если всем войском двинемся, могут и пальнуть.

Тронули коней, стараясь ехать шагом. Сзади привычно пристроились Тараско с Мохиной.

— Вы кто такие будите? — высунулась из бойницы рыжебородая голова в железной шапке.