А может, именно такое лицо было у той женщины из легенды, которая на галечной косе дожидалась, когда из холодного моря выйдет ее возлюбленный?

Он взял ее обеими руками за шею, повернул так, чтобы стеклянный свет залил светлую кожу, и некоторое время смотрел.

– Скажи что-нибудь на свое языке, – попросила она.

Он сказал.

– Что ты сказал?

Он не стал переводить.

Медвежья шкура приняла их, как будто была предназначена только для того, чтобы на ней занимались любовью. От нее немного пахло зверем и морем, и эти запахи как будто добавляли чего-то такого, чего раньше Лиля и предположить не могла.

Олег, которого его чукотская бабушка называла Рэу, именем кита, не говорил ни слова, и Лиле казалось, что слова на самом деле не нужны. Начни он говорить, и волшебство пропадет, стеклянный хрупкий свет разобьется, разлетятся осколки, и, не дай бог, попадут в сердца, и заморозят их, и попадут в глаза, и исказят правильную картину мира.

Нельзя говорить, никак нельзя!..

Можно только чувствовать, трогать, переживать – пе-ре-жи-вать, пе-ре-жи-вать, какое необыкновенное слово!.. И если переживать всерьез, может, удастся пережить мгновения, которые раньше никогда переживать не удавалось.

Мгновений было много, оказалось, что весь мир соткан из миллиардов мгновений, и они очень долгие, мучительные, прекрасные.

Гладкость оливковой кожи, просто провести рукой – одно мгновение и тысяча лет пути. Его можно повторить, и оно повторится, и его можно пережить еще раз, и еще, и тысячу раз, и миллиард.

Мягкость и дикость, странные, тревожные запахи, шкура белого медведя, стеклянный свет, как будто застывший мир.

Он застыл специально для того, чтобы в Лилином распоряжении оказались миллиард мгновений и возможность проживать их одно за другим.

Только один человек существовал в этом застывшем мире – специально для нее. Только его тепло и сила были придуманы кем-то – специально для нее. Только его… человечность могла растопить горы льда, лжи, опасностей – специально для нее.

Для того, чтобы она могла жить именно как человек, ведь ее никогда не занимал вопрос, чем именно человек отличается от птиц, зверей, рыб и гор!

Олег Преображенцев, диджей радио «Пурга», носивший еще и чукотское имя Рэу, открыл ей, чем именно.

«Кажется, никогда нам на планете этой не встретиться, просто рукой махнуть, и голос почти не слышен…»

Рядом с ней на медвежьей шкуре был человек, и это оказалось так важно! Он не стонал, не рычал, он не произнес ни слова, но с каждым мгновением – а их было несколько миллиардов! – Лиля узнавала что-то новое, другое, чего никогда не узнала бы, если бы не этот человек!..