- Можно сказать, что ты их как раз и получила, - вздыхаю я, но Полина одаривает меня таким злым взглядом, что я тут же жалею, что это ляпнула. И хочу спросить, а что делал Роман в той гостинице именно тогда, когда там оказалась Полина, но решаю не нарываться. «Для Романа давно всё в прошлом». Именно эта фраза ей не понравилась, осознаю я с опозданием.

- Ладно, к чёрту всё это, - принимает она мою руку, чтобы подняться. - Я взрослая сильная женщина, - медленно выдыхает она перед зеркалом. - У меня всё хорошо. Я богатая, успешная, умная. Одинокая. Я же просто клад, - ходит по её щекам мягкая кисть. - Вот сейчас напьюсь и подцеплю первого встречного, на кого положу глаз в этом кабаке. Плевать.

- А что сказал отец? - мне, конечно, неловко перебивать её сеанс аутотренинга, но хочется хоть немного быть готовой хоть к этому."

"- Было весело, - равнодушно бросает она в косметичку пудру. - Мама плакала, отец орал, что понятия не имел о внебрачном сыне. Обвинял её в том, что женился по залёту, а она соврала и даже не была беременной. В общем, всем понравилось. И если сейчас он приедет один, то они так и не помирились. Ты готова?

- Я и была готова, - развожу руками.

- Надо бы научить тебя правильно краситься, и по магазинам с тобой съездить. Да и вообще так многому не мешало бы тебя обучить. Как держать лицо, спину, - поддевает она пальцем мой подбородок. Подозреваю, это и есть расплата за мои необдуманные слова.

- Спасибо, - отталкиваю её руку. Вот прямо очень придало мне уверенности в себе, но пусть разберётся сначала со своими проблемами. - Я как-нибудь сама.

- А ты гордая, - догоняет она меня уже в дверях. - Хоть и наивная.

Но мне искренне плевать на её шпильки и совершенно не до неё.

У входа в маленький зал стоит отец Алекса, а мой муж поднимается из-за стола ему навстречу.

45. Алекс

Не знаю, с чего Вика решила, что мы с отцом похожи. У меня нет ощущения, что я смотрю в зеркало. Хотя в жизни Александр Анатольевич Тимофеев определённо интереснее, чем на снимках в интернете. Нина даже нашла мне интервью трёхлетней давности. Короткое, на три минуты, но я посмотрел его раз двадцать, готовясь к этой встрече. Чёрт!

Наверно, я должен что-то сказать или сделать. Но я стою истуканом и просто вглядываюсь в его уставшее лицо, в прядь волос, что так же, как у меня, падает на лоб, в стиснутые губы, упрямый подбородок.

Мы начинаем двигаться одновременно, но он оказывается решительнее. Стискивает меня в своих объятиях.

- Рад встрече... сын.

Меня душат его сильные руки, запах его терпкого одеколона и его слова. Горло сжимается, но я так и не могу сказать ему в ответ «отец». Впрочем, он и не ждёт. Отпускает. Я приглашаю его к столу.

- Деда! - радостно кричит Макс.

- Здорово, Максим, - протягивает ему дед руку.

А я представляю ему по очереди всех гостей.