Да, она осмотрела всю одежду и все личные вещи покойной и абсолютно уверена, что среди них не было никаких официальных документов, похожих на завещание. Она знает, как выглядит завещание, – ее бедная хозяйка держала его в руках в день смерти.
– Вы уверены в этом? – резко спросил поверенный.
– Да, сэр. Она сама сказала мне. И заставила меня взять пятьдесят фунтов. Завещание было в большом голубом конверте.
– Совершенно верно, – подтвердил Хопкинс.
– Сейчас я вспоминаю, – продолжала Элизабет, – что на следующее утро видела этот конверт, но пустой. Я положила его на письменный стол.
– Я тоже видел его там, – сказал Чарлз.
Он встал и подошел к письменному столу. Через минуту вернулся с конвертом в руках и подал его господину Хопкинсу. Последний осмотрел его и кивнул:
– Это тот конверт, в котором в прошлый вторник я отправил завещание.
– Могу я еще чем-нибудь быть вам полезной? – с уважением спросила Элизабет.
– Сейчас нет. Благодарю вас.
Элизабет пошла к двери.
– Минуточку, – остановил ее поверенный. – Горел ли в тот вечер огонь в камине?
– Да, сэр. В нем постоянно горел огонь.
– Благодарю вас. Этого достаточно.
Элизабет вышла из комнаты.
Чарлз подался вперед, положив дрожащую руку на стол:
– Что вы предполагаете?
Господин Хопкинс покачал головой:
– Мы все же должны надеяться, что завещание будет обнаружено, если оно не…
– А что, если оно не будет обнаружено?
– Боюсь, что в данном случае напрашивается лишь один вывод: ваша тетушка послала за завещанием, чтобы уничтожить его. Не желая, чтобы Элизабет пострадала от этого, она выдала завещанную ей сумму наличными.
– Но почему? – в неистовстве воскликнул Чарлз. – Почему она это сделала?
Господин Хопкинс кашлянул:
– У вас не было каких-либо… недоразумений с вашей тетушкой, господин Риджуэй?
Чарлз открыл рот от изумления:
– О! Мы были в самых лучших, самых нежных отношениях – до последнего дня!
– А!.. – произнес господин Хопкинс, не глядя на него. Внезапно Чарлзу стало ясно, что адвокат не верит ему.
Какая ирония судьбы: когда он лгал – ему верили, теперь, когда он говорит правду, – ему не верят!
Его тетя не хотела уничтожить завещание, он не сомневался в этом! Внезапно его мысль как бы наткнулась на какое-то препятствие – в памяти возникла картина: старая женщина одной рукой держится за сердце… Из другой руки выскальзывает лист бумаги… и падает на раскаленные угли…
Лицо Чарлза стало мертвенно-бледным. Он услышал хриплый голос – свой собственный голос:
– А что, если это завещание не будет обнаружено?
– Существует прежнее завещание, датированное сентябрем 1920 года. По тому завещанию госпожа Хартер оставляет все свое имущество племяннице, Мириам Хартер, ныне Мириам Робинзон.
Вдруг резко зазвонил телефон.
