Прислушивалась…

Иногда улавливала отрывки диалогов, улыбалась — уголками губ или просто мысленно, слыша, как мужчины немного шутят…

Чувствовала себя нерадивой хозяйкой, ведь не суетилась, уют не создавала, но понимала — она им сейчас не нужна.

Заснула плавно, будто бы нырнула, но осталась в верхних шарах воды. Там, где чувствуешь себя почти в реальности.

И прикосновения чувствуешь, и еле-уловимый запах алкоголя… Дыхание на шее, скуле, за ухом… Поцелуи там же…

— Корней… — Аня выдохнула, накрывая руку мужчины, которая пробралась под футболку и вовсю поглаживала живот, обводила пупок, немного щекотала, будто гитарные струны перебирая. И Аня тоже погладила — поощряя — его длинные любимые пальцы, кисть с выступающими венами, запястье…

Улыбнулась, когда он немного придвинулся, вжимаясь грудью в ее спину, пахом к ягодицам… Губами потянулся к щеке, горяча и заставляя затрепетать от предвкушения… Когда дойдет до губ, когда нажмет на плечо, опрокинет…

На памяти Ани, Корней практически не пил. Максимум — бокал вина, если не за рулем или уже дома. Сегодня же, кажется, им с Самарским захотелось позволить себе немного больше. Но это не отталкивало. И не заставляло засомневаться, напрячься… Ему просто нужно доверять. Повернуть голову, приоткрыть губы, впуская язык… Чуть приподнять коленку, когда он скользит ладонью по животу вниз, ныряет под резинку шорт…

Прогнуться, вжимаясь сильнее в пах, поощряя ласку…

— Ярослав Анатольевич…

— Ушел. Не волнуйся…

Не успеть задать вопрос, а уже получить ответ… И поднять коленку еще чуть выше, закусив губу, испуская тихий-тихий стон…

— В понедельник зайдешь к нему. Он хочет поговорить.

— О чем? — воспринимать его слова было сложно, но Аня пыталась. Хотя сосредоточиться хотелось на другом… Совершенно на другом.

— О твоем поведении, Аня. Будешь стоять. Молчать. Виниться. Стыдно будет…

— А может…

— Не может.

Безапелляционные слова расходились с лаской действий. И пусть Аня поспорила бы, но физически не смогла. Охнула, вжалась ногтями в кисть Корнея… Сглотнула…

— Хочешь меня? — Корней спросил, прекрасно зная ответ, чувствуя его… Но Аня все равно закивала, снова поворачивая голову, пытаясь поймать его губы. Он усмехнулся, но поцеловал. — Как хочешь? — мог бы не мучить. Получил ведь свое. Но, видимо, мужчине очень хотелось признаний. Не все же ему, в конце концов… Ей тоже есть, что сказать…

— Очень. Безумно.

Корней хмыкнул, Аня выдохнула, почувствовав, что он больше не просто ласкает, а входит пальцами, прекрасно распознавая ее готовность. Закрыла глаза, сглотнула, прилагая усилия, заставила себя отпустить кисть, потянулась к его волосам, сжала с силой, повернула голову, приоткрыла рот, чтобы он снова поцеловал.