Ты в своём уме, ничтожество?
Я выругался про себя, кляня духа на все лады. Какие знакомые речи, дарс его возьми.
Возразил:
— Не только слуги выжили, старший. Возможно, я потомок стража какого-то клана.
— Что? Потомок чужого стража? Ты правда думаешь, ничтожество, что это чем-то лучше? Чужой страж на моей территории, без приглашения, без права гостя… — дух подался ко мне, улыбнулся хищной, злой улыбкой. — Таких нужно убивать на месте, — через миг отстранился, махнул рукой. — Скучно. Я слышал подобное тысячи раз. Те, кто сумел впечатлить меня сильнее всего, выжили, жемчужина моя, и получили право заменить худших из моих слуг. Ты тоже хочешь впечатлить меня?
Мне не нравился тон духа, мне не нравился второй, скрытый в его словах смысл, не нравилось, как он меня именует, называя то ничтожеством, то жемчужиной, но и молчать я не мог, отвечая не только за себя.
Сначала Самум напомнил мне прошлое и смерть его отца. Теперь сам дух словно повторяет прошлую встречу с Изардом.
Правда, тогда я не сумел договориться с ним, хотя был в гораздо лучшем положении: мог шевелиться и имел доступ к вещам и перстню Дракона, который и перевернул всё.
Но неужели я не справлюсь, став гораздо опытней, получив задания от духа Испытания и договор с Изардом?
— Старший, вы не первый дух, с которым я встречаюсь. Я знаком с духом Каори из Павильона Здоровья Кавиот, с духом города Тысячи Этажей Изардом и…
Дух перебил меня:
— Ты об этой восторженно-безумной чуши?
Он поднял руку, и в его пальцах из пустоты соткался мой жетон ополченца. Глядя мне в глаза, кривя губы в усмешке, дух нараспев проговорил:
— Как и положено Стражу, свободный от всех обязательств, ведомый только своей…
Я невольно прищурился, второй раз в жизни слыша эти слова, слова, которые были записаны духом Каори в жетон.
Дух замолчал на полуслове, хмыкнул, подался вперёд, волосы его поднялись в воздух, извиваясь, словно змеи, а черты лица исказились, складываясь в отчётливую маску безумия.
— Чушь, — выдохнул дух. — Полная чушь. А вот это, следующее, и вовсе отвратительно. Гордый, несгибаемый, из всех добродетелей больше всего ценящий справедливость, пусть и понимающий её по-своему, он может стать новым наследником и принять на себя неисполненные обязательства, став нашей надеждой на возрождение Империи Сынов Неба.
Теперь я стиснул зубы. За этим издевательским тоном я слышал совсем другой голос — голос Изарда. Выходит, он побеспокоился о том, чтобы у меня оказалась возможность договориться при встрече с другими духами. Вот только…
Дух, стоящий передо мной, презрительно поднял верхнюю губу:
— Как низко пал мой собрат Изард, раз вручает надежду такому ничтожеству.
