И во мне с тех пор что-то переклинило. Не хочется с утра собираться, но я крашусь и укладываю волосы, потому что мне страшно снова превратиться в башмак.
Это потом я заметила, что лоск соседки не такой уж идеальный, когда увидела ее в простой футболке и лосинах. А позже увидела еще и ее грязные тапки. Ее безупречный образ в моей голове испортился, а страх стать башмаком усилился.
Идею Ирины посмеяться надо мной и пошатнуть и без того мою уничтоженную изменой самооценку никто не поддерживает.
Ира злится, но не отступает. Набирает воздуха в легкие, хочет снова что-то сказать, но неожиданно глотает воздух и переводит взгляд чуть в сторону от меня.
— Что стоим, бездельницы? — за моей спиной раздается голос Суворова.
Ирина тут же меняется в лице и улыбается:
— Доброе утро, Захар Олегович!"
"— Ага, — хрипит он и останавливается рядом со мной. Напрягаюсь до последней клетки своего тела, когда Суворов кончиками пальцев дотрагивается до моей поясницы и слегка барабанит ими. — Пошли со мной.
Он смотрит вдаль, и я не сразу понимаю, кому именно был адресован приказ. Медлю. А Захар, убрав руку, шагает мимо Ирины и на ходу бросает:
— Катя…
Отмираю. Спешу за ним. Будь моя воля, я бы к Суворову вообще не подходила. Но он босс, который платит мне деньги. А они мне теперь жизненно необходимы. Я осталась без мужа. Теперь только я могу о себе позаботиться.
В кабинете Захар бросает на стол ключи от своей машины и падает в кресло.
Я, осторожно прикрыв дверь, стою у порога. Близко подойти к Захару не решаюсь.
Он скользит по мне внимательным взглядом и шумно выдыхает.
— Квартиру сняла?
— Да, — несмело киваю, не убирая ладонь от дверной ручки.
— Хорошо… — задумчиво отвечает и, не сводя с меня глаз, почесывает подбородок. — В ресторан поедем?
Его вопрос сбивает с толку.
— Простите… что?
— В ресторан со мной поедешь? — тверже повторяет он.
Я теряюсь. Он снова вынуждает ему отказать. Я же ясно выразилась в прошлый раз. Или Захар думает, что за выходные что-то могло измениться?
Но сказать ему жестко я все же не решаюсь. Он совсем не из тех, кто терпит отказов. Суворов кажется мне очень страшным в этом плане мужчиной и иногда агрессивным.
— Я не могу, у меня работа, — возражаю тактично.
И беззвучно молюсь, чтобы Суворов понял. Если бы я искренне хотела поехать с ним, то согласилась бы сразу же, не раздумывая. Может быть, еще в ладоши похлопала от восторга.
— Я отпущу тебя раньше. Не переживай, — настаивает на своем.
— Захар Олегович, — шепчу я, опустив взгляд, — я с мужем развожусь, сейчас совсем не то настроение, если честно…
— Так оно у тебя и не изменится. Пока будешь думать о нем, — ухмыляется.
Он замечает, как мне неловко и стыдно об этом говорить, оправдываться. Захар неглупый мужчина, но ему будто нравится так испытывать меня.
