А ведь не может не понимать…

– Давай о чем-нибудь экзотическом, – сказала Даша. – Вроде вольной Сибири, инкорпорейтед. Интересно, ты-то кем будешь? Премьером или министром финансов? Или что-нибудь экзотическое выдумаешь – вроде великого визиря?

Он не шелохнулся, лишь глаза сузились.

А улыбка осталась самой непринужденной:

– Дашенька, ты просто молодец. Я восхищен, серьезно. Красивых женщин у меня было немало, а вот такие умницы попадались вовсе уж нечасто… Говорил я Волховичу, что жить надо скромнее, но поди докажи ему… Впрочем, дело, конечно же, не в потрепушке Волховиче и болтушке Марине?

– Ну конечно, – сказала она. – Понимаешь, я гончая собака. Я очень хорошая гончая, у меня получается…

Роман преспокойно встал, оторвал небольшую кисточку винограда и стал отщипывать по ягодке. Улыбнулся:

– Значит, обойдемся без пошлостей? Ты не будешь загонять меня в угол коварными репликами, а я не буду глупо таращить глаза и бормотать, что ты сошла с ума?

– Ага, – сказала Даша. – Глупо ведь притворяться.

– Я тебя могу заверить в одном – как только мы оказывались в опасной близости друг от друга, всякое притворство улетучивалось.

– Я знаю, – серьезно сказала Даша. – Только это совсем другая опера, нам сейчас не до нее…

– А по-моему, следует все же уточнить кое-какие детали, – покачал головой Роман. – Поверь мне на слово – если бы не мои труды, тебя давно бы убрали. Изящно и экологически чисто. Я вовсе не требую благодарности, просто расставляю все точки…

«В нем погиб великий актер», – пришла ей на ум шаблонная, однако чертовски точно отражавшая реальность фраза.

– И то, что я от тебя был на седьмом небе, – тоже чистейшая правда, – добавил он тише.

– Знаю, – сказала она. – Могу честно признаться – аналогично…

– Тогда в чем проблема? Кто нам мешает и дальше…

– Жизнь.

– Ты знаешь, уважаю людей упертых, – сказал он. – Сам такой. Но вот скажи ты мне честно… Неужели чувство долга нужно доводить до абсурда? В конце концов, ты столкнулась не с бандитской шайкой и даже не с крестными отцами. Это качественно иная ситуация. Здесь будет республика. Страна. Будем надеяться, не повторяющая ошибок России. Все останется по-прежнему – банкиры будут работать, сыщики ловить воров, автобусы ходить по расписанию, – вот только жить люди станут немного получше. Без российского идиотства. Что до тебя конкретно, то вам станет даже вольготнее – нужно будет и можно будет взяться за криминал решительнее, деньги у вас будут другие, и техника, и возможности. Богатой благополучной стране нужна сильная, сытая, отлично оснащенная полиция…

– А я буду генералом?

– Если захочешь, почему бы и нет? Это ведь только начало, в будущем…

– Да прекрасно я помню ваш манифест, – отмахнулась она.