С почти неуловимой улыбкой глядя на нее, Брендон заметил, как дрогнули ее губы.

Интересно, осознает ли она, насколько красива? – подумал он. Ведь в ней присутствует нечто большее, чем обыкновенная внешняя привлекательность. Что-то такое, что идет из самых потаенных глубин души. Порой она кажется совершенно прозрачной, трогательно беззащитной.

Продолжая размышлять, Брендон проследил за тем, как Кора взяла чашку, положила в нее чайный пакетик и залила кипятком. Затем отрезала ломтик хлеба и принялась намазывать на него сливочное масло. Посреди этого процесса она бросила на Брендона беглый взгляд.

– Ты должен был разбудить меня тогда же, когда проснулся сам. – В ее голосе чувствовалась легкая напряженность, как будто она изо всех сил старалась говорить с естественными интонациями. Закончив намазывать масло, Кора размешала ложечкой чай, затем вновь посмотрела на Брендона и впилась зубами в хлеб. Откусила кусочек, сжевала, запила чаем и лишь затем спросила: – Так почему ты меня не разбудил?

Брендон был свеж и бодр, его волосы еще влажно поблескивали после душа, и любой, кто взглянул бы на него сейчас, увидел бы в нем преуспевающего бизнесмена – благодаря элегантному, безупречно сидевшему костюму, белой рубашке, шелковому галстуку и дорогим туфлям.

– Не только не разбудил, но еще и выключил будильник, – невозмутимо произнес Брендон. Затем он посмотрел на наручные часы и вновь взглянул на Кору. – Куда тебе спешить? Ведь галерею ты открываешь в десять.

Она даже перестала жевать.

– Нет, это возмутительно! Просто выходит за всякие рамки! Не знаю, кто еще на моем месте терпел бы подобное издевательство!

– Тише-тише, – усмехнулся Брендон. – Лу невесть что подумает… – Он имел в виду горничную и по совместительству кухарку, жену дворецкого Бена.

– Лу еще не пришла! – тем же раздраженным тоном отрезала Кора.

– Хорошо, тогда объясни, в чем суть моего издевательства, раз уж ты употребила это слово.

– Я уже тысячу раз объясняла! Моя галерея такой же бизнес, как и твоя корпорация, пойми же ты это наконец! И у меня могут быть дела помимо открытия и закрытия входных дверей. Правильно, доступ для посетителей начинается в десять, но в половине десятого у меня назначена встреча с одним скульптором. Почему я должна посвящать тебя в каждую деталь своей работы? Разве сам ты рассказываешь мне обо всех мелочах ваших производственных процессов?

Брендон качнул головой.

– Не считаю необходимым.

– Вот! – взмахнула Кора чашкой, едва не расплескав при этом чай. – Золотые слова! Но от меня ты почему-то постоянно требуешь отчета.

– Не кипятись, я не особенно-то тебя и расспрашиваю.

– Да, ты просто решил все за меня: когда мне вставать, в котором часу открывать галерею и прочее… – Кора подавила вздох.