– Затем, что мой супруг покинул меня, умчавшись куда-то совсем без охраны! Почему я узнаю о том, что вы обосновались в Конморе, от слуг, а не от вас лично?

– У меня не было времени, чтобы сообщить тебе, – примиряющее сказал король. – Не надо так гневаться, ваше величество.

Королева! Королева в нашем замке! Я выбралась из саней, чтобы приветствовать правительницу, как подобает хозяйке. Но мои поклоны и учтивые слова были восприняты без должной благосклонности.

– Так вот вы какая, – сказала королева, рассматривая меня с неудовольствием. – Такая маленькая, а от вас столько бед.

– Ригунта, – снова начал король.

– Позволено будет спросить, почему ваше величество такого мнения обо мне? – спросила я, чувствуя, как к моим щекам приливает кровь от подобных обвинений. – Разве я совершила что-то плохое, за что вы меня укоряете?

– Вы еще и нахалка, – королева прищурилась. – Моя крестница была совершенно права, описывая вас."

"– Сожалею о кончине вашей крестницы… – начал Ален, но королева не дала ему договорить.

– Сожалеете?! В самом деле? Вы клялись ей в любви и верности, но забыли про клятвы спустя месяц из-за… этой, – она смерила меня холодным взглядом.

– Это моя жена, ваше величество, – сказал Ален очень спокойно, встал рядом со мной и обнял за плечи. – И мне очень не нравится, когда о ней говорят неуважительно.

– В самом деле, Ригунта, не надо об этом перед всеми, – король спрыгнул с коня, бросая слуге поводья. – Сейчас мы расположимся у камина, выпьем чего-нибудь горячительного, ты поговоришь с миледи графиней и найдешь, что в Конморе никогда не было хозяйки лучше её.

– Хозяйки?! – королева не двинулась с места. – Я знаю только одну хозяйку этого замка – мою дорогую крестницу, с которой обошлись несправедливо.

– Ваша крестница погибла, потому что чёрные сердца всегда получают по заслугам, – сказал Ален.

– Слишком рано ты меня похоронил, милый, – раздался вдруг знакомый хрустальный голосок, и перед нами появилась леди Милисент – живая, такая же красивая, как была, если не считать царапин на щеках. – Ваше величество, – она обратилась к королеве, и стало понятно, что речь её была заучена и тщательно отрепетирована, – я взываю к вам о милости и прошу о справедливости. Я была обманута этим мужчиной, – она указала на Алена, – и оскорблена этой женщиной, – она указала на меня. – Всем известно, что граф де Конмор обесчестил меня, опозорил и дал слово жениться на мне, чтобы искупить своё преступление. Прошу вас заставить его выполнить клятву. Этот мужчина принадлежит мне, а я принадлежу ему. И пусть наш брак будет заключен как можно скорее.

Счастье, казавшееся таким близким, постоянно ускользало – как песок сквозь пальцы.