Артефакт повис в воздухе, вернулся к хозяину.

– Спасибо, – вежливо улыбнулся муж. – Чая? Сядем в малой гостиной?

– Благодарю, у меня еще много дел. – Ректорше удалось справиться с собой. – Восстановление здания факультета потребует много времени и средств. Еще и компенсации семьям погибших… Боюсь, эти средства придется изыскивать за счет сокращения штатов.

– Возможно, – Винсент жестом указал ей на дверь, двинулся следом, не выпуская моей руки, так что и мне пришлось идти за ними. – Я не слишком силен в финансовом планировании, так что едва ли смогу подсказать что-то умное. Но если у кого-то из родственников погибших студентов появятся ко мне вопросы – готов на них ответить. – Его лицо на миг омрачилось. – Не скажу, что с радостью, но это меньшее, что я могу сделать.

– Вопросы есть у генерала-инквизитора. – Теперь в голосе ректорши не было ничего, кроме светской вежливости. – И у дознавателя университета. Оба непременно захотят видеть тебя и твою… жену. – Последнее слово она произнесла так, словно увидела дохлого таракана.

Винсент сжал мою руку, но я не собиралась встревать. Куда больше меня волновало сказанное парой реплик раньше, но, опять же, влезать в это – только все портить.

– Пусть назначают время, – пожал плечами Винсент. – Скрывать нам обоим нечего.

– Уверен?

– Совершенно.

Входная дверь открылась перед ректоршей сама, Винсент поклонился:

– Мы с женой всегда будем рады принимать в гостях госпожу ректора. Жаль, что у вас не нашлось времени на чай.

– Мне тоже жаль, что так вышло, – натянуто улыбнулась она. – Всегда грустно, когда рушится многообещающая карьера.

– Грустно, когда заканчивается жизнь. – На контрасте с выражением лица ректорши улыбка Винсента казалась безмятежной. – Все остальное поправимо.

– Как знать, как знать… – Она снова натянуто улыбнулась. – Рада была тебя видеть.

– Взаимно.

Еще один обмен поклонами, дверь закрылась.

– Ну, вот и все. – Муж обернулся ко мне. – Извини, что тебе пришлось все это выслушать, но нужно было сразу дать ей понять, что я не стыжусь тебя и ни о чем не жалею.

– Может, и пожалеешь, – буркнула я.

Он хмыкнул.

– Я пожалел бы куда сильнее, оставшись в стороне. – Он взъерошил мне волосы. – Не бери в голову. Как вчера сказал профессор Стерри, профессора нельзя выпнуть под зад, как студента. Это будет решать ученый совет, и никому из членов совета такие прецеденты не нужны. Каждый начнет думать: «А что, если следующим окажусь я?» Так что не бойся, я по-прежнему в состоянии тебя защитить.

– Я не боюсь, то есть боюсь не за себя. Выгнать тебя у нее, может, и не получится, но жизнь подпортить сумеет. Гранты, проекты, публикации… не знаю, как все это называется здесь. И все из-за меня.

– Не из-за тебя.