Огромный серый заяц уже занёс заднюю лапу, видимо, намереваясь снова начать стучать ею по крепкому дереву.

Увидев меня, он протянул какую-то бумагу. Едва я взяла её в руку, он тут же ускакал с такой скоростью, что любой скакун бы позавидовал.

Я посмотрела на лист. Огромная красная клякса на нём вызвала недоумение ровно до того момента, пока она не сложилась в пухлые женские губы и не произнесла резким тоном:

– Адептка Вествик! Вас вызывает к себе ректор! Немедленно!

Ректор? Меня? Что я такого успела натворить?

Глава 2.

Стрелки на стенах вели меня прямо к заветному кабинету. Я шла по ним, перебирая в голове варианты, что могло быть нужно от меня седобородому старцу – так я представляла ректора. Ну а как они должны выглядеть, ректоры эти?

Пришла я, увы, только к одному выводу: Зефир. Наверняка тот дракон был посетителем, а может, даже преподавателем, и он нажаловался ректору на адепток и их нечистых на лапу питомцев. Думаю, не многие в академии могли похвастаться фамильяром-енотом, так что меня легко вычислили, и теперь…

Я вздохнула, замерев перед огромной резной дверью. Ну не выгонят же меня из-за такой мелочи?

Вот потому фамильяр и остался отбывать наказание под бдительным взглядом Сэнди! Не хватало ещё, чтобы из кабинета ректора что-то утащил… Он был прекрасно знаком с этим местом, так что мог узреть знакомую вещь – и поминай как звали артефакт, а вместе с ним – учёбу Миры в “Навилетте”.

Собрав волю в кулак, я постучала. Внутри двери раздались странные щелчки, после чего она сама собой отворилась. Я робко зашла внутрь, и подлая дверь тут же захлопнулась, отрезав пути к спасению."

"Но я была не из трусливых. Выпрямив спину, я прошла вперёд, с любопытством разглядывая висящие на стенах портреты предыдущих ректоров. Хах, и правда, некоторые из них могли участвовать в соревновании на самую длинную бороду. Приз зрительских симпатий наверняка получил бы вот тот, что заплёл её в десятки косичек с золотыми кольцами…

Но были и другие. Надменно и властно смотрели с портретов драконы, хитро, будто знали что-то, недоступное другим – ведьмы. Возле портрета одной из них я и замерла, раскрыв рот.

“Изабелла Зирафель”.

Её рыжие волосы, совсем как у меня, лежали на плечах затейливыми волнами. Бархатная остроконечная шляпа бросала тень на молодое лицо, но глаза выдавали мудрость и опыт. А полуулыбка так и говорила: “У меня есть тайна”.

Мне бы разгадать эту тайну! Я протянула руку, касаясь резной рамы.

Куда же ты пропала, мама…

– Так значит, это правда, – услышала я низкий голос за спиной.

Одёрнув руку, я повернулась, пристыженно и ошарашенно глядя на появившегося из ниоткуда дракона, что пару часов назад пытал Зефира. Он смотрел на меня со спокойной насмешкой, будто застукал на месте преступления.