– Потанцуем? – спросил он, когда оркестр заиграл первый танец, и протянул руку.

Я вложила свою ладонь в его и хитро улыбнулась, склонив голову набок.

– А может, сбежим ото всех?

Дина не надо было уговаривать дважды. И для нас двоих больше не было толпы вокруг, громкой музыки и торжественных речей.

Я не помнила, как мы добрались до комнаты Дина, но точно помнила жар его губ, когда мы украдкой дарили друг другу поцелуи в полумраке коридоров академии, прикосновение его ладоней к ажурной резинке чулок, которые Глория всё же заставила меня надеть, и быстрый шёпот плетения порога тьмы, когда нас едва не замечали. Мы не выпили ни глотка вина или пунша, но голова кружилась так, будто пьянее нас не было никого в академии.

А когда мы остались одни, поцелуи стали жарче и развязнее. Я знала точно: сегодня я позволю себе больше, чем раньше. Позволю то, о чём мечтала все три недели нашей разлуки.

– Ты так прекрасна в этом платье, – хрипло сказал Дин. – И всё же я невыносимо хочу снять его с тебя."

"Его губы жёстко касались нежной кожи на моей шеи, и я чувствовала наверняка, с каким трудом он сдерживается, чтобы не обрушить на меня всё своё желание сразу. Дин всё ещё боялся сделать мне больно или напугать.

Но я больше не боялась.

Я первая с жадностью целовала его, первая начала разбираться с застёжками на его одежде, а мой дракон отвечал мне с таким пылом, что казалось, ещё миг – и мы растворимся друг в друге.

Наверное, так и было. Мир рассыпался цветными брызгами, как салюты за окном.

Мы пропустили и фейрверки, и танцы, и пунш – весь бал. Но это казалось такой ерундой.

Впереди будет много балов, бессчётное количество салютов и танцев, и всё это мы увидим. Вместе.

И обессиленно засыпая на его плече, я не могла сдержать счастливой улыбки. Мне не нужны были пары по прорицанию, чтобы быть уверенной в завтрашнем дне, ведь со мной был мой истинный."