С рёвом на сверхзвуке над нами прошли «Валькирии», и в режиме реального времени мы видели, как с них срываются ракеты и летят вниз.
Первой была подбита единственная станция ПВО, собранная ещё во времена царя Гороха, которая ничего не смогла противопоставить современной ракете. Ну, а дальше ракеты прилетели по автопарку и по казармам. Ночь превратилась в яркий день.
— Высаживаемся! — рявкнул Волк.
«Буревестники» пошли на посадку. Гвардейцы, поднявшие доспех, выпрыгивали с высоты в несколько метров, перекатом гасили инерцию, и тут же вступали в бой.
Я сегодня уже повоевал, поэтому дождался, когда машина опустилась на землю.
Собственно, три ударные группы прошли сквозь остатки вражеской обороны, как нож сквозь масло, затормозив всего пару раз. Первый раз, наткнувшись на замаскированный ДОТ, а второй раз на тройку сильных Одарённых.
С большим интересом я посмотрел на ту редкую картину, когда поняв, что даже антимагических боеприпасов не хватает, чтобы пробить щит Одарённых, мои гвардейцы вступили в атаку.
Первым был Волк, который в кои-то веки достал из ножен своего тёзку Люпуса.
"Потапов лично располовинил двоих. А третий попытался сбежать. Но как гласит старая спецназерская поговорка: «от спецназа не нужно бегать, иначе умрёшь усталым».
Из ниоткуда возник Ким, и его светящееся зелёным лезвие вошло в основание шеи Одарённого, после чего тот рухнул без признаков жизни.
Согласно инструкции, мы остановились перед жилыми помещениями, охватив усадьбу кругом.
— Держи, — заботливо дал Волк мне откуда-то взятый мегафон.
— Барон Андрюхин! Это барон Галактионов, на земли которого вы так подло напали.
Я убрал мегафон, передал Волку, и сложил руки на груди.
— Думаешь, поведётся? — уточнил Волк.









