– И запрещаю тебе поворачиваться к себе спиной. Прояви уважение. Я намного старше!

Уважение? К ней? Еще не хватало.

- Остановись хоть на секунду. Не смей меня игнорировать. Я настаиваю, слышишь, настаиваю – немедленно отзови бумаги о разводе у нотариуса и помирись с моим сыном.

- Поздно. Я больше не собираюсь жить с Йеном под одной крышей."

"- Ну что за детская выходка. Без мужа – ты пропадешь. Поверь, я знаю, о чем говорю!

- Не пропаду. Но за беспокойство – спасибо, - фыркнула, не сбавляя быстрого шага.

- Бель… прекрати. Подулась и хватит. Вернись к моему сыну!

- Нет.

- А что если… ты… ты беременна? Да! – Воспользовалась последним доводом свекровь, не думавшая отставать. – Но еще не знаешь об этом? Всё равно разрушишь семью?

- Не волнуйтесь, госпожа Тара, я не беременна, - холодно чеканила каждое слово, поскольку парк заканчивался, близилась проезжая дорога и уличный шум нарастал. – Ваш сын весь последний год и пальцем меня не касался. Для этого занятия у него, как оказалось, предостаточно шлюх и любовниц.

- О боги, Мирабель! – Свекровь вконец опешила от дерзости молоденькой невестки и встала как вкопанная посреди дорожки, затененной переплетенными ветвями кленов и лиственниц.

- Всего наилучшего, мадам, - прошипела, не оборачиваясь. И все такая же гордая и независимая направилась к запруженной конными повозками проезжей части.

Словесная перепалка с неприятной во всех смыслах женщиной ощутимо меня вымотала. Чувствуя упадок сил и легкое головокружение, завернула на соседнюю дорожку, ведущую к выходной парковой арке и, наблюдая за мельтешением карет на дороге, решила выпить кофе и немного перекусить.

Но прежде следует заглянуть в редакцию газеты и дать объявление о найме сотрудников.

Ближайшее отделение разыскалось на соседней улице, спустя десять минут терпеливых поисков. Ориентируясь по памяти Бель, пересекла площадь с фонтанами, свернула в тихий проулок и набрела на серое двухэтажное здание с облупленными стенами и огромными темными окнами, которое навело на ассоциации со старинными ткацкими фабриками века этак девятнадцатого.

Со стороны оно выглядело заброшенным, но внутри кипела жизнь. В темном коридоре я столкнулась с пожилой четой, спускавшейся с лестницы. Они бурно обсуждали продажу старого имения и сетовали, что дают уже пятое объявление подряд, а никто из покупателей так и не объявился.

Второй этаж занимали столы, между ними сновали суетливые журналисты: они бегали туда-сюда с блокнотами, что-то обсуждали и исчезали в соседнем зале. Дальше виднелись механизмы для верстки газет, а в самом начале огромного зала стоял овальный стол. За ним сидела молоденькая секретарша. При виде меня, она оторвалась от заполнения бумаг и улыбнулась.